Жена генерала (СИ)

Глава 3

Глава 3

Женщину, начавшую понемногу приходить в себя, усадили на одно из бревен, расположенных полукругом около кострища. Повинуясь импульсу, я присела рядом и обняла ее. Признаться, я бы тоже не отказалась порыдать после всего произошедшего, но гордость и пристальный взгляд генерала, который я постоянно на себе ловила, не давали впасть в истерику.

Знахарка была еще далеко не старой, но и юной девой ее не назвать. А еще в ней чувствовалось… воспитание? Она не походила на деревенскую женщину. Все в ней — и осанка, и правильная, лишь слегка разбавленная сельским говором речь — говорило об этом.

Но что я могла знать о местных нравах и том, где и как учат знахарок? В любом случае, я поставила себе мысленную зарубку. Но сейчас и меня, и генерала больше интересовали причины, приведшие к трагедии.

Женщину звали Мартиной. И по мере ее рассказа я проникалась произошедшим.

Оказалось, что убитый похоронил уже двух жен. Одна будто бы сгорела в лихорадке еще до появления в деревне Мартины, другую он избил до смерти, но сказал, что она упала с лестницы, когда лазила на чердак.

Деревенским было выгодно принять такую правду, но знахарка видела характер травм и ни на минуту не поверила в историю с падением.

Разумеется, и деревенские понимали, что все не так просто, и слухи о мужике ходили нехорошие, но убитый был единственным на всю деревню хоть и плохоньким, но кузнецом.

После смерти последней жены прошло больше пяти лет — никто не хотел отдавать за него своих дочерей. Но в многодетной неблагополучной семье местного пьяницы подросла дочь.

И за откуп в виде козы ему отдали ее в жены.

Мартина понимала, что этой свадьбы не избежать, и просила мужика хотя бы годик подождать с детьми. Но разве ж он ее послушал? Поначалу знахарка даже подумала, что это к лучшему — он сильно поколачивал Амату, но стоило ей забеременеть, перестал поднимать на нее руку. Видимо, сильно хотел ребенка.

А сегодня у Аматы начались роды. Бедняжка рожала больше суток, и на свет появилась вполне здоровая малышка.

Вот только сама роженица этого не пережила и, несмотря на все старания знахарки, скончалась через несколько часов после родов.

В тишине, повисшей после этого рассказа, было слышно, как стрекочут в траве кузнечики и шелестит листва. Мужики, которые периодически пытались что-то вставить и сверкали глазами, понурились.

Рассказ знахарки оставил на душе тяжесть и ощущение безысходности. Ведь эта девочка не одна такая. И умирают они не на войне, не от какой-то напасти.