Жандарм

Вяземский тут же поднял левую руку перед грудью ладонью вверх и над ней засиял оранжевый огонек. Пальцы правой руки он словно обмакнул в этот огонек и ловко стал чертить перед собой спираль. Я тоже время не терял и с места рванул ему навстречу.

Казалось бы между нами было всего два десятка шагов — где-то метров семнадцать, но пока я преодолевал их, Вяземский успел закончить создание защитного заклинания и между нами встала стена из огня. Обогнуть ее не вариант — она шла в полуметре от парня по кругу, заключив его в защитный цилиндр высотой в два метра.

Я успел затормозить в последний момент, чуть не врезавшись в огненную пленку. Кожу лица обдало жаром. Сквозь языки пламени было хорошо видно ехидно ухмыляющегося Вяземского, что демонстративно поглядывал на своего секунданта. На пробу я попытался атаковать его брызгами. Пять крупных водных капель с громким шипением в мгновение ока испарились, едва коснувшись язычков пламени защитного барьера. Плевать! Это была не основная моя атака. Я с самого начала решил использовать то, что когда-то вырубило и меня и деда. Неудачное заклинание каменной пули, когда вместо энергии земли была применена моя — водно-ментальная. Я хорошо помнил, как завертевшаяся юлой энергия легко добралась до деда. А ведь на нем тогда был активирован защитный артефакт! Тогда я это не понял, он мне после об этом обмолвился, когда мы шли с полигона после обучения водной магии в его кабинет.

Сложив пальцы правой руки в подобие квадрата, я напитал кончики силой и мысленным посылом соединил их в условном центре квадрата.

А когда там начала раскручиваться юла моей энергии, «толкнул» ее вперед — прямо в лицо озадаченно смотрящему на меня Вяземскому. Не будь у меня форы в тридцать секунд, пришлось бы еще попотеть, чтобы уворачиваясь от атак противника создать это недозаклинание."

"Комок энергии медленно полетел в соперника, на лету увеличиваясь в размерах, а я тут же отпрыгнул от стены огня спиной вперед. Вот комок достиг язычков пламени... Вяземский точно видел его и спокойно наблюдал за неторопливо летящим сгустком, что уже достиг размера головы человека.

.. И тем приятнее было увидеть, как спокойное выражение лица сменяется сначала недоумением, когда комок легко преодолел барьер, словно того и не было. А затем недоумение переходит в напряжение и страх. Рефлекторно выставленная им в защитном жесте рука тоже преградой не стала. Как и у меня в подвале поместья Бологовских, сгусток прошел ее насквозь, словно являлся иллюзией.