Жаба с кошельком

– Дорого очень, боюсь, муж рассердится! И хочется, и колется! Десять тысяч, по-моему, это слишком! Вам не кажется?

Олеся стала разубеждать Вику, показала каталоги, дала лупу, чтобы покупательница убедилась в исключительной сохранности чашек, но та в конце концов заявила:

– Нет, я только что купила статуэтку для каминной доски и пару настенных тарелок восемнадцатого века. Скорей всего, мужу не понравится, что еще и на сервиз потратилась. Спасибо вам, девочки, конечно, теперь лишь месяца через два-три смогу себе что-нибудь позволить! И так меня Андрей постоянно в транжирстве упрекает.

Олеся растерялась, она, честно говоря, рассчитывала, учитывая идеальное состояние сервиза, на хорошую мзду – и вдруг такой облом!

Девушка стала переставлять вещи в общей витрине, намереваясь выставить серебряный набор в общую продажу, но тут к ней подошла кассирша и попросила:

– Слышь, Олеська, придержи сервизик, у меня на него покупательница есть, дико богатая, хорошо заплатит!

Олеся обрадовалась:

– Хорошо, прямо здорово.

Кассирша сбегала к телефону и вернулась страшно довольная.

– Договорились обо всем, возьмет за пятнадцать тысяч!

– За сколько? – вздрогнула Олеся.

– За пятнадцать, – спокойно уточнила кассирша, – поделим чаевые на троих, каждой хорошая сумма достанется!

Олеся и Лиля пришли в полный восторг, о таких деньгах они даже и не мечтали, обычно покупатели раскошеливаются на гораздо меньшие суммы, до сих пор самым большим гонораром были сто долларов.

– Одна проблема только, – продолжила кассирша, – моя клиентка сейчас в Испании, вернется примерно через две недели.

– Как же ты с ней созвонилась? – удивилась наивная Лиля.

– Так по мобильному, – пояснила кассирша, – у нее роуминг по всему миру.

Естественно, Олеся и Лиля согласились спрятать сервиз и уволокли его в подсобку. На следующий день к ним примчалась Вика и заявила:

– Ну и дурака же я сваляла! Давайте сервизик, такая удача один раз в жизни бывает! Сама не понимаю, отчего меня жаба задушила!

Олеся и Лиля переглянулись и посмотрели на кассиршу, та отчаянно замотала головой и подняла вверх правую руку с растопыренными пальцами, явное напоминание о пяти тысячах чаевых.

– Извините, – проворковала Лиля, – но, так как вы отказались, мы выставили набор в зале.

– И его мгновенно забрали, – подхватила Олеся.

– Ну не идиотка ли я! – чуть не плача, воскликнула Вика. – Такой вещи лишилась!

Постояв у прилавка, постоянная покупательница в глубоком разочаровании ушла.