Жаба с кошельком

– У вас есть присоединенная карточка? – улыбаясь, словно японка, спросила Майя.

– Да, у дочери.

– Помните защитный код?

– Конечно! Или полагаете, что я не знаю финансовых документов своего ребенка? – нагличала я.

Но Майя не дрогнула:

– Проверьте, это он?

Я сделала вид, что изучаю распечатку, потом принялась изображать раскаяние:

– Простите, дорогуша, погорячилась.

– Бывает.

– Обидела вас!

– Вовсе нет.

– Накричала!

– Ваша реакция вполне объяснима, деньги не должны исчезать со счета.

– Не держите на меня зла!

– Ни в коем случае, всякое случается!

– Ах, ужасно, мне так стыдно.

– Право, не стоит переживать, – улыбнулась Майя, – вы себя очень мило вели, у нас никогда… впрочем, это не интересно.

Я тихонько достала из кошелька стодолларовую купюру, подсунула под кипу бумаг на ее столе и шепотом сказала:

– Возьмите себе, ангел мой, купите конфет.

– Нам не разрешается брать чаевые, – тоже шепотом ответила Майя.

– Ерунда, котик, это же копейки, на пастилу, разве можно считать сумму в сто долларов чаевыми? И потом, никто не видит.

Майечка сделала быстрое движение рукой, зеленая бумажка испарилась без следа.

– Спасибо.

– Это вам спасибо, душечка, – ответила я, и тут прозвучал звонок, возвещавший о конце рабочего дня.

Я вышла на улицу, села в «Пежо» и стала ждать. На моих глазах здание стали покидать последние клиенты, потом спустя примерно четверть часа потянулись усталые клерки, Майя вышла одной из последних. Я опустила стекло и крикнула:

– Маечка!

Девушка подошла к машине.

– Откуда вы знаете, как меня зовут? Я еще в банке удивилась.

– Вы меня не помните?

– Простите, нет.

– Была у вас… э… пару месяцев назад, и вы назвали свое имя, в VIP-зале тогда тоже много клиентов толкалось, вот я и пошла к вам.

– А, понятно.

– Я еду на улицу Обручева, нам по дороге?

– Ой, – воскликнула Майя, – я как раз там живу.

– Надо же, – скрывая довольную ухмылку, подхватила я, – случаются иногда удивительные совпадения, садитесь, подвезу.

Маечка заколебалась:

– Неудобно как-то, мы незнакомы.

– Меня зовут Даша, теперь неудобство исчезло?

Маечка в задумчивости смотрела на «Пежо».

– Нам в одну сторону, – защебетала я, – в метро отвратительная липкая духота, а в моей машине работает кондиционер. И потом, мне так неудобно за устроенный скандал. Дайте возможность искупить вину!

Маечка засмеялась и села на переднее сиденье.

– Разве это скандал, знали бы вы, как некоторые разговаривают.