Замуж за миллиардера

С тех пор как Дэниэль сделал мне предложение, я впервые почувствовала себя расслабленной, словно дома. Линдси начала рассказывать сагу о своем самом до смешного трудном клиенте, и мы все смеялись в голос ещё до того, как алкоголь начал действовать.

— … И тут он подходит и говорит: «ну, вы ведь эксперт»!

Линдси стерла слезы в уголках глаз, и я ее понимала. До того, как я уволилась, я имела дело порой с абсолютно невозможными людьми, поскольку просто не имела права сказать им «нет». Было утешением осознавать, что даже люди такого уровня, как Линдси, сталкиваются с подобными вещами.

Конечно же, если всё пройдет хорошо, я никогда такого больше не допущу в своей жизни.

— Что ж, тебе больше не стоит об этом беспокоиться, — сказала Линдси, словно прочитав мои мысли. — Повезло, повезло.

— Да, — согласилась я, уставившись в свой бокал.

— Но я в любом случае не брошу работу, — беззаботно сказала Линдси, отодвигая свой напиток в сторону, так как официантка принесла наш заказ. — Я с ума сойду.

Мы принялись за еду и беседа ненадолго остановилась. Я бросала взгляды на Дэниэля. Было странно видеть его в таком месте, и он не выглядел так, словно ему здесь некомфортно. Даже с соусом барбекю, стекающим по подбородку, он оставался тем человеком, которым я его знала, и в то же время был совершенно незнакомым.

Я страсть как хотела узнать больше о детских воспоминаниях Дэниэля об этом месте.

— Ммм, — простонала от наслаждения Линдси, опуская бургер обратно в тарелку, чтобы вытереть руки и лицо. — Вкус ничуть не изменился. Мне нравится.

— Это потому, что они никогда не чистят сковородки, — сухо ответил Дэниэль.

Рэй посмотрел на бургер в его руках и сказал:

— Гадость.

— Во всех бургерных та же ситуация, — сказала я. Я достаточно хорошо помнила одну из передач о лучших в мире заведениях, которую показывали на ТВ. — При готовке все соусы и приправы оседают годами, но температура становится настолько высокой, что это не приносит никакого вреда."

"— Ты, должно быть, шутишь, — произнес Рэй, допивая свою «Маргариту».

— Это вовсе не шутка, — возразил Дэниэль. — Она говорит правду.