Замок из песка

И занимается она в театре то ли администраторской, то ли продюсерской деятельностью. Но, в общем, меня занимал не столько их разговор, сколько внутреннее убранство особняка: высокие светлые арки, возникающие одна за другой, словно в бесконечном зеркальном коридоре, ворсистые и мягкие ковры на полу. Но главное, картины! Даже я — особа, неискушенная в живописи, почувствовала, что они прекрасны. Они дышали и жили — и пейзажи с мартовскими полупрозрачными деревьями, и портреты, выполненные в нежных, пастельных тонах. Но особенно много было картин с балетной тематикой.

В гостиной, куда пригласил нас Константин Львович, тоже было светло и просторно. Легкие гардины едва заметно колыхались от ветра. За каминной решеткой стояла большая напольная ваза с цветами. Мы сели на низенький диванчик, обитый пестрой тканью. Через несколько минут женщина в строгом бежевом платье принесла кофе.

— Настенька, Эвелина Витальевна говорит, что после училища вы работали в театре? — Константин Львович сделал глоток. И я обратила внимание на его руки.

Изящные и по-мужски красивые, они не были маленькими. Чашечка из темного стекла казалась по сравнению с ними совсем крошечной.

— Да, я танцевала в театре. Но совсем немного.

— И какие же партии?

— В общем, только одну — Жизель. Но готовила Кончиту из «Юноны».

Эвелина Витальевна тонко и многозначительно улыбнулась. Хозяин особняка одобрительно кивнул.

— Что ж, Жизель — это неплохо. Особенно если учесть, что вы совсем недавно закончили учебу… Но позвольте спросить: что заставило вас уйти из театра?

— Проблемы личного характера.

И снова Константин Львович кивнул, словно соглашаясь с какими-то своими мыслями.

— Но надеюсь, что эти самые личные проблемы не помешают вам танцевать у нас?

Не зная, что ответить, я замялась.

— Да вы не пугайтесь, Настенька! — Он окинул всю меня с ног до головы вроде бы ласковым, но в то же время внимательным взглядом. — Я имею в виду только одно: у нас в труппе не приветствуется замужество. Понимаете, все мужчины, а в особенности мужья — по сути, собственники.

Начнутся домашние скандалы, придирки: «Почему так поздно?», «Где была весь день?», «Куда это поехала после спектакля?» Ну, вы сами понимаете… Это театр, это балет, это труд по многу часов и до седьмого пота. Никуда от этого не деться. Еще проблема — удаленность от Москвы. Иногда девочкам приходится и на ночь оставаться, здесь у нас свой маленький интернат… Да и потом, я сразу должен предупредить, театр у нас необычный, публика элитная.