Замок из песка

— Хотелось бы, конечно, — отвечала я, скатывая шарики для беляшей, — но, сами понимаете, не до жиру…

Потом я отправлялась на оптовый рынок за пивом и газированной водой, дома набивала тележку выпечкой и напитками и катила ее в Черкизовские торговые ряды.

Как в любом коллективе, новости там распространялись быстро. И очень скоро все узнали, что Жанна Викторовна приютила у себя бездомную балерину.

— Эй, балерина! — кричали мне с торговых мест. — Дай-ка пару булочек с курагой и плюшку с посыпкой! — А потом весело комментировали: — Сама-то какая худая! Видать, стряпню свою не ест, отравиться боится.

У меня потихоньку появлялись свои знакомые: дядя Миша, продающий кожаные сумки и ремни, тетя Эля, торгующая турецкими блузками, Айгуль, стоящая за лотком с поддельной макс-факторовской косметикой. Они же, по совместительству, были моей агентурой в поиске таинственного ДК.

Рынок был оптовый. Поэтому здесь торговали и люди, живущие поблизости, и залетные птицы — из Бибирева, из Царицына, из далеких подмосковных Химок.

Надо мной посмеивались:

— Что, балерина, из театра выгнали — в художественную самодеятельность собралась? — Но в положение входили и забегали после рынка в соседние дворцы и клубы (или просто говорили, будто забегали?), чтобы назавтра ответить: — Нет, ничего такого там никогда и не было.

"Параллельно я сама занималась детальным прочесыванием Москвы: улица за улицей, квартал за кварталом. Карта, купленная в то злосчастное утро, лежала на самом верху в моей сумке. И на каждый день у меня имелся конкретный план: поездить по району, отмеченному на схеме буквой А1, или В6, или К12, ну и так далее…

Вечером я сдавала Жанне Викторовне пустую тележку и деньги, брала жетоны на метро и отправлялась в путь. Большинство попадавшихся мне ДК работали лишь наполовину: пара детских музыкальных кружков, курсы кройки и шитья, иногда — какое-нибудь малышовское танцевальное объединение.

Один раз мне даже показалось, что я напала на след. Старенькая бабушка-вахтерша в ответ на мой вопрос утвердительно затрясла седой головой:

— Есть у нас балет. Взрослые занимаются — не детки.