Закон притяжения. Его студентка

«Иначе ей придется иметь дело со мной!»

Около недели назад произошло еще одно событие — Барсуков вернулся в институт. Его синяки сошли. А вместе с ними, очевидно, иссякла и вся симпатия к Лене. Гарик не замечал ее. Не здоровался. Смотрел, как на пустое место. И это сильно ранило девушку. Она чувствовала себя очень виноватой перед ним. В какой-то момент, не выдержав Белова сама подошла к нему.

— Игорь, мне очень жаль, что все так вышло! — озвучила то, что так долго разъедало ее мысли. — Я поступила с тобой ужасно, и мне от этого плохо! Я не догадывалась, что нравлюсь тебе! Иначе стала бы я играть твоими чувствами? Я не должна была использовать тебя, чтобы вызвать его ревность! Я много чего не должна была делать! Извини! Прости меня, если сможешь…

Девушка уже собиралась уходить, когда услышала в ответ:

— А ты… меня! Я поступил с тобой гораздо хуже! Презираю себя за это!

Они смотрели друг на друга, робко улыбаясь.

Оба понимали: как прежде уже не будет никогда.

Но у них появился шанс, хотя бы на уважительные приятельские отношения.

— Ай! — воскликнула Белова, возвращаясь в настоящее.

И в этом самом «настоящем» ее кофе собирался «убежать» на плиту.

Спохватившись, Лена торопливо сдвинула турку в сторону.

Весьма своевременно. И напиток спасла, и услышала звук открывающейся входной двери. Бросив все, девушка помчалась в прихожую.

— Вик?

Мужчина стоял у двери. И стоял он там не один.

Во все глаза на Лену таращилась его маленькая пятилетняя копия.

Мальчуган взволнованно прижимался к ноге отца.

Но ни на секунду не упускал ее из вида. Даже не моргал.

Забыв, как дышать, Белова замерла на месте.

Она до ужаса боялась напугать ребенка.

А еще больше боялась не понравится ему.

— Привет! — прошептала дрожащим голосом. — Я — Лена!

— Я знаю! — отозвался тот, делая крохотный шаг к ней навстречу, и чисто в мужской манере протягивая ей руку для приветствия. — Мне папа сказал!

Лена улыбнулась, нежно сминая в ладони его пальчики.

А после опустилась перед ним на корточки и заглянула в глаза.

— А папа говорил тебе, что, здороваясь с девочками, нужно целоваться?

Восторг, отразившийся на лице мальчугана, невозможно было описать словами. Округлив глаза, он изумленно воскликнул:

— Что, правда?

— Угу! — заговорщицки подмигнув, Белова указала пальцем на свою щеку.

Тимофей замялся. Покосился на своего отца:

— Папа? Можно?

Макаров странно хмыкнул, с затаенной нежностью разглядывая их обоих.