Выжившая из Ходо. Наследница некромантов

Я резко отпустила девушку и позволила золотому пиону выпустить лепесток, залечивая ранку. Служанка с ужасом наблюдала за тем, как в золотом сиянии исчезает моя рана, а затем прижала руки к губам.

Я натянула рукав кимоно и спросила:

— Что случилось с твоим отцом, Амэя? Откуда ты идешь?

Девушка тут же собралась с духом и ответила:

— Мы жили с матерью в хижине за Волчьей горой, госпожа. Отец приходил редко. Полгода назад он вернулся раненым и больным. Мать умерла на следующий день... Я осталась ухаживать за отцом.

Несколько дней назад он умер. После похорон я решила отправиться к тетке в Сакурато...

Я задумчиво кивнула и махнула рукой, разрешая девушке вернуться к Шону, что она тут же сделала. Ястер и Винсент если и слышали наш разговор, то ничего не поняли, Тьен молчал. А вот Стэндиш сел на крышке гроба и спросил:

— Она опасна для нас?

— Скорее, наоборот, - покачала головой я. - Жаль, что расспросить ее отца уже не получится... А вопросов у меня много.

— Ты знала ее отца? - спросил Винсент.

Я повернулась к юноше и ответила:

— Да. И он умер в Сакуратэншу, у тайного хода, прикрывая мой отход. Я видела его смерть своими глазами. Его сестра и правда жила в Сакурато. Вероятно, и сейчас живет. Она замужем за богатым торговцем.

— Подозрительно это все, - сказал Ястер.

— Не то слово, - согласилась я.

— А зачем ты пробудила некромантию? - очень тихо спросил Святой.

Я покосилась на него и также тихо ответила:

— Нужно было кое-что проверить.

— И что показала проверка?

— Не знаю, за кем ходила девчонка эти полгода, но она, и правда, Томо.

И ни в каком Сакурато я ее не оставлю.

— Вассальный род? - тут же понял Стэндиш.

Я холодно ответила:

— Это не твое дело, Рэйман.

Больше он не стал задавать вопросов. Только выразительно хмыкнул и снова растянулся на крышке гроба, глядя в небо.

Я привалилась к плечу Тьена и закрыла глаза. Чем скорее мы доберемся до Сакурато, тем лучше.

До города мы добирались еще четыре дня, почти не заезжая в окрестные деревеньки и городки.

Останавливали телегу за их пределами, а за продуктами отправляли Амэю в компании Шона и Ястера. Два крепких парня в капюшонах отбивали желание трогать служанку у местных головорезов, а рибенская девушка не вызывала подозрений у торговцев. Служанка за эти дни начала понимать простые слова на языке Нуамьенна, а Шон уже мог с пятого на десятое объясниться с местными.

На четвертый день мы выехали на широкий наезженный тракт.