Выжившая из Ходо. Наследница некромантов

Если я унаследовала подобные способности, было бы неплохо. Точнее, было бы неплохо их освоить.

Я вздохнула и побрела обратно к костру. Тьен был прав, эльфийская магия была частью меня. После Гиблой горы и призналась себе, что мне нравится ей пользоваться не меньше, чем некромантией. Похоже, и телу моему это было нужно. Вот только как жить в рибенском обществе и скрывать такую магию? Такую сильную магию?

Продолжая раздумывать об этом, я вернулась на поляну и снова завернулась в одеяло. Завтра нас ждет еще день в дороге, нужно было набраться сил.

Скоро мы окажемся в Мисутонару. Городе, который больше всех пострадал от войны. Там я встречу старых друзей. С этой мыслью я уснула. Неудивительно, что после этого мне снова приснилось прошлое."

"... Воды реки дрогнули и начали вздуваться огромным пузырем, сминая лодки, будто те были из бумаги. А затем беснующуюся стихия хлынула на улицы города. Я замерла, не в силах оторвать взгляд от этого кошмара. И от человека, который его породил. Точнее, от эльфа. Я видела длинные бронзовые волосы и кончики острых ушей.

Вокруг моего врага разливался золотой свет. Он стекал в реку и заставлял природу уничтожать город. На мгновение Меня обуяла ярость, и я потянулась за катаной духа. Но в этот момент Энджи Мисуто, глава рода, сунул мне в руки ребенка.

Я посмотрел в глаза трехлетнему мальчику и увидела в них ужас. А затем огляделась и поняла, что с боковой улицы к эльфу идет подкрепление. Глава рода тряхнул меня за плечо и сказал:

— Очнись, Мия! Ты должна вернуться к Соджи и рассказать ему о том, что случилось.

И вынести Рико. Он – мой наследник и будущий глава рода.

В этот момент эльф с бронзовыми волосами заметил нас. Щупальца золотого света ринулись в нашу сторону. Энджи закрыл всех  троих щитом и крикнул:

— Город обречен! Мия, беги! Унеси Рико!

Я прижала к себе мальчишку и бросилась прочь. Только в этот момент он понял, что его разлучают с отцом, и начал безудержно рыдать и вырываться. Я изо всех сил прижимала к себе извивающееся тельце ребенка и продолжала, не оглядываясь, бежать прочь от реки.

Поле перед замком было завалено телами погибших, но большая часть эльфов уже вошли в предместье Мисутонару. Я отловила лошадь, потерявшую седока, и кое-как влезла в седло вместе с ребенком. А затем пустила коня вскачь...

Голос Стэндиша раздался совсем рядом:

— Просыпайся, Мия.

Я резко открыла глаза. Охотник сидел рядом с моим одеялом и внимательно разглядывал мое лицо.

— Плохой сон? – спросил он. – Ты стонала.