Вынужденный брак

Продвигаться крошечными шажками, каждый раз отвоевывать заново."

"Он целый день был на взводе, и теперь внутренняя потребность побуждала смять к чертовой матери все границы и взять её прямо здесь и сейчас. На этом столе среди тарелок. Или на уголке. Или... Кровь так и вскипала от картин, рисовавшихся в мозгу.

Но он не хотел ломать хрупкое доверие, мостик.

Ей нужно время. Он даст ей время. Но немного, потому что иначе его просто разорвет.

Марк честно хотел вытерпеть весь ужин, потому что ему, что ни говори, все-таки хотелось есть.

***

Раздеть её, впитать глазами, вобрать в себя, выпить сводивший его с ума запах её прекрасного юного тела, добраться до души. А потом пусть будет шторм, в котором её флюиды взбесятся, заливая его ощущениями, как кипящей лавой, до крика. Пусть душа вырвется и зависнет над телом, пьяная от счастья.

Неужели это все от простых поступательных движений? Почему так происходит? Как обычный, немного стыдный, грязный секс может поднять душу на вершины?

Надо прожить сорок лет, чтобы понять, что это бывает великим и священным.

А потом снова смотреть на нее, пить глазами, вздрагивая от атавистической радости дикаря, обнаружившего сокровище.

Рассмотреть всю.

У нее матово-гладкая лишенная растительности кожа на теле. От природы. Только тонкие коротенькие мягкие волоски на лобке, золотистый пушок. Женщины делают эпиляцию там, разные причесочки.

Сейчас он касался её аккуратных маленьких губок, покрытых коротеньким золотистым пушком, гладил, растирал пальцами влагу, нежил юное тело и балдел от кайфа.

Ей не надо это удалять. Никогда и ни в коем случае. Тут все красиво, именно так, как он не знал, но всегда хотел.

Смущается. Она смущается, а его снова захлестывает страстью.

***

Сегодня было не так как вчера, когда они впились друг в друга, как обезумевшие от голода. Было медленно, тягуче, сладко до умопомрачения. И все равно все сорвалось в дикий шторм, переполнивший её блаженством и совершенно лишивший сил.

А после, уже перед тем как уснуть, он взял её ладонь и прижал сначала к своему члену, а потом их соединенными руками накрыл её промежность. Без слов. Он просто на нее смотрел.

Это... Как ритуал.