Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2

Утром решу…»

Второй час Катя сидела в кабинете за ноутбуком и при помощи словарей проверяла и перепроверяла письмо, написанное в адрес фонда и адресованное лично Хильде Флемакс. Информацию о том, что, вероятно, сын Ладышева нашелся, надо было донести максимально понятно, объяснив, почему она решила обратиться именно к фрау Флемакс. А для этого следовало рассказать, откуда автору письма известно, что у Вадима есть сын и что его поисками в Германии занимается именно Хильда. Дабы раньше времени всех не обнадеживать (вдруг она все же ошибается), хорошо бы сначала проверить, собрать факты, подтверждающие или отрицающие родство.

Перечитав в очередной раз письмо и не обнаружив явных ошибок, она прикрепила к нему видео с мальчиком, присланное Вадимом, утреннюю фотографию, на которой улыбались Зигфрид с Мартой, и нажала «Отправить».

«Как же обрадуется Марта, если подтвердится, что Зигфрид — ее брат!» — от этой мысли на сердце стало и щемяще радостно, и тревожно.

Спать расхотелось: перевозбудилась, перенервничала. Чтобы успокоиться и отвлечься, Катя решила глянуть новости: что делается на родине, что происходит в мире. Ничего заслуживающего внимания за последние сутки не случилось. В соцсетях тоже ничего интересного: даже Веня не выложил новых фотографий, под которыми она всегда ставила «Нравится», дабы не обидеть и подать знак, что у нее все в порядке. Поколебавшись, Катя нашла в «Фэйсбуке» страницу Вадима: тоже ничего не изменилось, доступ закрыт.

Лучше бы она этого не делала… Буквально пару часов назад Ада Лесина выложила в сеть две фотографии: на одной — кольцо с довольно крупным сверкающим камнем, на другой — мужчина в костюме и белой рубашке целует женщину в запрокинутую шею. Лица не было видно, но он очень похож на Вадима: высокий, подтянутый, широкоплечий, коротко стриженные темные волосы с легкой сединой.

"Захлопнув крышку ноутбука, Катя выключила в кабинете свет, пересекла прихожую и поплелась вверх по лестнице…

Покрутившись в кровати, Хильда поняла, что уснуть без снотворного снова не получится. Бессонница преследовала ее с того дня, как в ответном письме Вадиму она рассказала всё, что знает о Екатерине Евсеевой и ее дочери.

В ту ночь она впервые долго не могла уснуть.