Виконт. Книга 2. Обретение силы (СИ)

И в самом деле, натуральный каучук без вулканизации та еще морока, геморроя не оберешься. Даже сам изобретатель макинтоша — не, не компьютера, а резинового плаща — с ним намучался, пока не научился закладывать лист между двумя слоями ткани, и до Гудьира, придумавшего как вулканизировать резину, все это было сплошной порнографией.

— На пробу. Фунт или два.

— Есть такое, — он пошел в подсобку, над которой висела особо свирепая индейская маска, и принес небольшую деревянную коробку.

Отлично. Сделаю себе резину, но способ производства патентовать не буду — пока, естественно.

Не доросли еще местные до изделий номер два, их пока из овечьих кишок по старинке делают, бр-р. Ну и до всех остальных номеров тоже. Гравия, говорите? Займемся потом, обязательно займемся. Когда-нибудь я там точно окажусь, и пока не скуплю большинство плантаций с местными каучуконосами, так и будете овечьими кишками пользоваться и ездить на кожаных шинах. Ибо нефиг, не собираюсь я тут прогрессорством заниматься. Не мое это. Ну, что тут еще у хозяина есть в лавке."

"Короче, накупив всякой экзотики из лавки мы вышли часа через полтора. Бедные шпики, следившие за нами, на ножках пришлось постоять, привлекая внимания прохожих… Ничего, перебьются. В наружке обычно год за полтора идет.

— Ну что, куда теперь? — спросил я, вскакивая на коня.

— В галантерейную лавку госпожи Рофии, — заявила Иль.

Я чуть ли не застонал.

— Мы же вчера там были? — сказал ей я.

— Ну и что, сегодня тоже будем, — безапелляционно заявила она.

 — Я там кое-что присмотрела!

— Так нечестно! — завопил я.

— Честно. Ты сам эту лавку выбрал, теперь очередь за нами, — сказала сестра, а Фили из-за ее спины показала мне язык.

— Ну вы сами тут неплохо затарились, — сказал я. — Вон пончо себе взяли, бусы всякие…

— Ну и что? Выбрал ты, значит теперь я, — сказала Иль.

Я чуть не застонал. Ну что за зловредные бабы?

— Ладно, поехали, — буркнул я, и тронул коня с места.

Я проснулся с утра пораньше, превозмогая сопротивления тела и разума поотжимался на кулаках по нормативам морской пехоты США — сто восемьдесят отжиманий за три минуты — и спустился на кухню в поисках чего-нибудь пожрать.

Ну тут уже было все готово, горкой на блюде лежали ароматные блинчики, а на плите источал запах свежесваренной кавы — так тут кофе называли — медный резной кофейник.

— С добрым утром, милорд! — приветствовала меня Мири.

— С добрым утром, госпожа Мири! — я сглотнул голодную слюну.