Вакантное место райской птички

Я успела перехватить ее.

– Нет! Тиффани умнейшая и добрейшая собака. Она вытаскивает из-под завалов младенцев и держит их с величайшей осторожностью.

Макс высунулся из домика.

– Там бездна барахла на полу! Женя, Серега, идите сюда!

– Выкидывайте все дерьмо на!.. – взвигнула Карина.

– Мам, все будет хорошо, – сказал сзади знакомый голос.

Я обернулась и увидела Кирюшу.

– Роню найдут, – продолжил он, – у меня такое ощущение, что…

– Да иди ты со своим ощущением на!.

Из домика тем временем доносились разные звуки, затем Максим вышел на крыльцо.

– Тиффи уверена, что под полом кто-то есть. Придется ломать доски.

– Там есть люк, – неожиданно спокойно сказала Карина, – в нем было кольцо, оно куда-то подевалось, поэтому и непонятно, что там подпол. Когда мы въехали сюда, повесили на стенах сарая стеллажи. В избенку сносят всякую белиберду.

Макс исчез. Карина, Кирилл и я стояли молча. Через некоторое время к нам подошли Кузя, Дегтярев, Собачкин, Светлана и Марина с большим термосом и одеялом, которое она повесила себе на плечи. Все молчали. Из домика донесся стук, треск, потом Максим сказал:

– Тиффи! Давай!

И спустя пару секунд собака издала громкое:

– О-о-о, а-а-а-у-у-у!

– Он умер! – ахнула Карина и опустилась в снег.

Март выдался холодным, за городом до сих пор есть сугробы.

Я попыталась поднять соседку.

– Нет, нет. Тиффани всегда так поет, когда находит кого-то живого. Это не вой.

– Не надо мне врать, – прошептала Карина.

И тут из домика вышел Гена, он нес Роню. Руки мальчика болтались в воздухе, голова лежала на плече спасателя.

– Мама, мама, Роня жив, – начал теребить Кару Кирюша.

– Куда вы его несете? – спросила Светлана.

– В машину, – ответил Максим, – парня надо срочно в больницу отправить.

– Поеду с вами, – засуетилась Карина.

– Я тоже, – сказал Кирюша.

– Ты вообще не нужен, – огрызнулась Светлана Алексеевна, торопясь за спасателями.

Кирилл вздрогнул, но последовал за матерью и бабушкой.

Мы молча пошли к воротам участка Буркиных.