В теле пацана. Книга 5. Артефакты Дракона

— Конечно, есть, моя хорошая, а сейчас просто расслабься.

— Я тебе не прощу, — шепчет Ольви, чувствуя моё касание. Но не сопротивляется.

После четвёртого выстрела хочется вздремнуть. Но я понимаю, что пора бы пошевелиться! Осознавая, что к Сехмет на кровать идти чревато, Веби вероятно уже нечем там пердеть, чтобы меня в реальность возвращать.

Находясь слишком близко к Сехмет, начинаю забывать, зачем я здесь. Облокотился на колонну отдышаться. Амориски тут как тут, стали тереться, как голодные кошки.

На очереди Цецилия.

— Прости, но это необходимо, — говорю, не решаясь дотронуться. Чувство такое, что это моя бывшая воспитательница из детского сада.

— Хорошо, Кристи, — заговорила Цил неожиданно чувственно. — Да простит меня твоя женщина Нелли, но хочу тебя попросить о поцелуе. Так я смогу увлажниться, и не будет больно.

Обхожу деловито со стороны Морула. Поздно спохватился, но гигантский краб, как неживая статуя, не внушает опаски. Пока не распознаю его тихое, но мощное, ровное дыхание из зловонного рта.

Наряду с тем, что волосы на заднице моей дыбом, я нашёл отличный повод осмотреться. И попасть под гневные лучи взглядов пленниц, от которых становится не по себе. Но я усаживаюсь перед красавицей Цил невозмутимо. И даю то, что она просит.

Странное чувство, когда ты целуешь голову, торчащую из колодок.

Удручённые поцелуи никак не могут завести в такой обстановке. Но я не успеваю отстраниться. Цил неожиданно кусает меня до крови!

Отшатываюсь. Кровь ручьём! В зале оживление, будто в зоопарке очутился, рычания звериные пошли.

— Всем стоять!! — Раздаётся бешеный визг от Сехмет."

"И я понимаю, что все её генералы едва устояли от порыва броситься на меня из — за пущенной крови! Но здесь нет ничего хорошего, лезвия над головами заелозили, опускаясь на сантиметры.

— Сорви нить надо мной, — раздаётся свозь гомон от Цил. — Когда будет много крови, у тебя появится шанс спасти свою любимую. Уходи.

Высшая оказывается за спиной крайне неожиданно. И я вздрагиваю.

— Сладкий мальчик, — зашептала в ухо, едва касаясь спины своими когтями. И у меня мурашки пошли. — Жалкие потуги дождевых червей.