Эффект Фостера (СИ)

Цифры на табло светофора сменялись очень медленно, что не могло не раздражать.

Фостер не ответил, и я уже решила, что он просто в очередной раз оборвал разговор там, где сам захотел. Я могла смириться с этим, но явно не сегодня, ведь тишина, окутавшая нас, казалась мне пыткой. Мне стало любопытно, не умер ли он вдруг от мудаческого приступа – как сердечный, только у мудаков – поэтому взглянула на него краем глаза, с удивлением обнаруживая, что все это время он смотрел на меня. Однако заметив мое искреннее недоумение, Фостер дернул подбородком и перевел взгляд на дорогу.

Загорелся зеленый, Джефри вдавил педаль газа в пол, и машина рванула вперед.

– Потому что ты девушка моего брата, – равнодушно бросил он. Но почему интонация его голоса показалась мне такой непривычной? Будто бы Джефри только что осознал, что я девушка его брата, хотя мы с Мейсоном давно были вместе. И более того, ему никогда не нравилось это. Полгода назад, когда он узнал, что мы с его братом стали встречаться, то посмеялся и сказал, что Мейсон совершил самую глупую ошибку в своей жизни.

– Если ты думаешь, будто это дает тебе какую-то власть, чтобы указывать мне, что делать, то ты ошибаешься, – складывая руки на груди и снова отворачиваясь к окну, сказала я.

Нам потребовалось повернуть, и Джефри резко выкрутил руль влево, не сбавляя скорости.

Придурок сделал это специально.

И я как раз хотела отругать его, но замерла, останавливая взгляд на его руке. От резких движений его предплечье напряглось, являя моему взору стальные волокна мышц. Я невольно прикусила щеки изнутри, ощущая чуждое мне покалывание в районе ребер. Это было похоже на волнение перед важным событием, как когда ты ждешь поездки в парк аттракционов, а утро все никак не наступает.

Он на моих глазах избил Данкрафта, он относился ко мне как к мусору и постоянно насмехался надо мной. Я не должна чувствовать это покалывание, только не рядом с Джефри. Я должна ненавидеть его, как ненавидела все эти годы."

"«А действительно ли ненавидела?» – насмехалось надо мной мое подсознание.

Заткнись, заткнись, чертова сучка!

– Сколько ты выпила? – его настороженный голос затронул каждый нерв в моем теле.