Эффект Фостера (СИ)

– Так ты девственница, Барбара Эванс?

Она застонала и накрыла мои руки поверх топа своими руками, будто бы опасалась, что после ее откровения я просто столкну ее с пирса.

– Только не смейся надо мной, Фостер, – прошептала она, пряча лицо в изгибе моей шеи. Ее горячая щека прижималась к моему плечу. Смущение поглощало ее. – Я не вынесу этого.

Мои руки переместились на ее спину, я крепко обнял ее.

– Я не собирался смеяться над тобой. Ты… удивительная, моя Барби. – Я мягко сжал ее волосы на затылке и потянул за них, чтобы она отклонила голову, я хотел видеть ее лицо.

– Ты привык к другим девушкам, – пробормотала она, моментально вызывая в моей душе протест. Я не мог вспомнить ни одного лица тех девушек, с которыми спал. Называйте меня ублюдком, моральным уродом, как хотите, мне плевать. Но все, что было раньше, имело механический характер действий. Отработанная схема: надеть презерватив, получить удовольствие, попрощаться.

Сейчас я скорее бы умер, чем попрощался бы с ней.

Я крепко схватился за ее талию и резко дернул на себя, целуя со всей страстью, бурлящей во мне, чтобы ее голова расплавилась. Как она может позволять себе думать, что хоть в чем-то уступает любой из тех, с кем я имел дело раньше?

– Мне не нужны другие девушки, мне нужна ты, – уверено заявил я. – И всегда нужна была только ты.

Ее пальцы уверенно сжали мое бедро, взгляд, парящий на грани мольбы, обжег мое лицо.

Из моих легких испарился весь драгоценный кислород. Она была самым настоящим произведением искусства. Полные груди с розовыми небольшими ореолами и маленькими сосками, торчащими вверх. Мне хотелось опустить руку вниз и сжать член, который успел уже пережить три клинические смерти за последние двадцать минут. Я впервые ощущал такое сильное вожделение.

Просто невыносимое чувство.

Ее грудь покрылась мурашками, а взволнованный взгляд не отрывался от моего лица.

– Джефри? – позвала она, вырывая меня из оцепенения. – Все в порядке?

– Это больше чем просто в порядке, – словно в бреду, прошептал я, не в силах насытиться видом передо мной. – Они еще прекраснее, чем я всегда представлял.

Она округлила глаза.

– Ты представлял?

– С того самого момента как ты перестала быть ребенком.