Ты – мой главный соперник

Сначала коридор был пуст, разве что парочка спортсменок изредка пробегали. Анна Эдуардовна в нетерпении застучала ногтями с облупившимся лаком по столу.

– Похоже, ты время напутала, – заявила она.

– Сейчас-сейчас, – с примирительным жестом произнесла Лина.

И на тридцать девятой минуте появилась Гысь с подопечными.

Пряча телефон так, чтобы выглядывал только объектив, Лина начала съемку. Сначала тренерша активно размахивала руками. Она явно ругалась. Потом одна из девочек, кажется, попыталась оправдаться.

Лина бросила короткий взгляд на Эдуардовну. Та будто превратилась в ледяную статую. Лицо тут же потеряло цвет. И, как позже поняла Лина, дело было не в ударах, а в том, что их видела посторонняя вроде Лины.

– Похоже, я коридоры перепутала, – сухо заметила Лина, убирая телефон в карман. – Извините, что отвлекла от работы.

Лина направилась к выходу, как начальница АХО ее окликнула.

– Ты это… девочка… слышишь…

Лина знала, что она хотела сказать. Что-то вроде: «Ты ничего не видела». Но Лина упорно делала вид, что не понимает и ждет продолжения фразы.

– Я слушаю."

"Женщина подбирала слова, при этом издавая нечленораздельные звуки. Сергей же с равнодушием вернулся к игре.

– Не болтай там, – наконец выдавила Анна Эдуардовна.

– О чем не болтать? – Лина уже сверлила дамочку взглядом презрения: не смогла удержаться.

– В общем, иди.

– Хорошо. Спасибо за отзывчивость.

И Лина направилась в сторону жилых комнат, размышляя, как в дальнейшем использовать добытую запись.

* * *– И помните, девочки, вы единственные, кто смог выдрать у «Титана» две партии. Это что-то да значит! – Николаевич при полном параде, в пиджаке, рубашке и отутюженных брюках, стоял в окружении подопечных, давая последние наставления.

Лина видела, что он нервничал, хоть и пытался скрывать это, и его нервозность передавалась и ей.

– Виктор Николаевич, можно мне сказать? – Лина выступила немного вперед, спрятавшись от зала за возвышавшимися над ней Ксюшей и Полиной.

– Давай, – махнул тренер.

– Девочки, нам нужен настрой, вы и сами знаете. Вспомните, как мы играли с «Титаном». Нашим союзником была непринужденность, свобода, бесстрашие. А сейчас… я вижу, что вы не хотите играть с «Факелом».