Творец слез

Она поверила моим словам, но это не мешало ей беспокоиться обо мне и интересоваться моей жизнью.

— О, ничего особенного, фотографию, — пробормотала я, когда она подошла. — На днях мне ее дала подруга, и теперь она куда-то подевалась.

Невероятно! Билли только подарила мне фотографию, а я умудрилась ее потерять.

— Ты смотрела на кухонном столе?

Я кивнула, заправляя волосы за ухо.

— Не переживай, ты ее обязательно найдешь. Наверняка она где-то тут, в доме.

Анна наклонила голову и поправила прядь у меня на ключице.

— У меня для тебя кое-что есть.

У нее в руках я увидела небольшую коробочку. Несколько секунд я удивленно смотрела на нее, не зная, что сказать, а когда открыла ее, не могла поверить своим глазам.

— Знаю, он немного устаревший, — прокомментировала Анна, когда я снимала упаковку. — Это, конечно, не последняя модель, но зато я всегда буду знать, где вы с Ригелем находитесь.

Я подарила ему такой же.

Мобильный телефон.

— Симка уже вставлена, а мой номер записан в контактах, — пояснила Анна спокойным голосом. — Я всегда на связи. Номер Нормана там тоже есть.

Я не могла выразить, что чувствовала, держа столь ценную вещь. Я всегда мечтала обменяться номерами с подругой или услышать звонок, означающий, что кто-то ищет меня и хочет со мной поговорить…рить…

— Я… Анна, даже не знаю, как… — ошеломленно пробормотала я, глядя на нее с благодарностью.

Невероятно! Собственный мобильный телефон у меня, у которой, кроме игрушечной гусеницы, ничего своего не было."

"Почему Анна так беспокоилась обо мне? Почему она покупает одежду, белье и такие хорошие вещи? Я знала, что не должна себя обманывать, знала, что еще ничего окончательно не решено… Я могла только надеяться.

Надеяться, что Анна захочет оставить меня у себя.

Надеяться, что мы будем жить вместе, что она привяжется ко мне так же, как я привязана к ней.

Она улыбнулась и ласково погладила меня по голове. Сердце затрепетало.

Ника, я очень рада. А почему ты не носишь одежду, которую мы купили? — Анна посмотрела на меня с легким упреком. — Эти вещи тебе больше не нравятся?

— Нет, — торопливо ответила я, — очень нравятся!

Даже слишком.