Бог Войны

Я толкаюсь глубже, обхватывая рукой ее горло, а затем стону, когда стонет она.

Оргазм настигает меня с ослепительной силой. Я кончаю в нее, целуя до потери сознания.

Она обнимает меня своими хрупкими руками, и на мгновение мы становимся одним целым.

На мгновение, когда мы целуемся и она прижимается ко мне, я думаю, что мы нормальные.

Обычные.

Простые.

На мгновение я предпочитаю забыть, что у меня есть два варианта в отношении моей жены.

Либо наблюдать, как она увядает, либо отправить ее в психиатрическую клинику и смотреть, как она разваливается на части на пути к безвозвратному исчезновению.

Она может выглядеть нормально сейчас или все еще быть такой через несколько дней. Если повезет, то и несколько недель, но это иллюзия.

Защитная сетка со скрытыми дырами.

Шаткий мост, который рухнет под давлением.

Уже сейчас, когда я несу ее в ванную, она выглядит вялой, онемевшей и в сознании лишь наполовину.

Ее пульс замедлен, глаза расфокусированы, а тело напряжено.

После того, как я открываю кран и проверяю температуру, я сажаю ее в ванну, осторожно поддерживая ее голову, чтобы она в оцепенении не ударилась о край.

Я уже начал отходить, чтобы взять гель для душа, как вдруг ее рука вцепилась в мое запястье.

— Эй, Илай?

— Да? — я поворачиваюсь к ней лицом, и на мгновение она выглядит такой сияющей, такой чертовски красивой, что боль взрывается в бесполезном органе, засунутом в мою грудную клетку.

Орган, в который она тыкала, провоцировала и вдыхала жизнь, теперь, кажется, бьется только в ее присутствии.

Ее слова наполняют ванную комнату гуще, чем пар.

— Давай заведем ребенка.

Глава 34

Ава

Это иррационально и совершенно нелепо, но я не возьму обратно слова, сказанные мной в ванной три дня назад.

Илай просто проигнорировал меня, влепив мне пощечину со словами «мы поговорим об этом позже», а затем постоянно отходил от этой темы.

Мы ходим на пляж, плаваем, загораем и занимаемся сексом чаще, чем порнозвезды — в основном потому, что я не могу насытиться им и хочу воодушевить его на мою беременность.

Не слишком ли я безрассудна? Не слишком ли несправедлива к ребенку, который будет жить с неуравновешенной матерью?

Возможно. Но я также отчаянно хочу запечатлеть эти моменты любым доступным способом.

Мне все равно, что говорят другие. Я знаю себя лучше всех и понимаю, что мое время ограничено.