Тридцатого уничтожить!

Поднявшийся от винтов ветер взбаламутил тучи песка, и забор, казалось, вот-вот сорвется и улетит прочь. Заметив это, полковник недовольно крикнул майору:

— Твой пилот, что, не понимает, что людской труд нужно уважать?

Нигматулин вновь рванулся в кабину, и вертолет тут же взлетел вверх, отлетел на несколько десятков метров в сторону и опустился на песок.

Когда песчаный вихрь успокоился и лопасти прекратили вращаться, они втроем соскочили на землю и устремились в сторону одинокой согбенной фигуры старика, ковылявшей к ним.

— Вы хозяин этой кошары? — спросил полковник, когда подошли поближе.

— Однако, я хозяина, — старый Касым замолчал и внимательно осмотрел их.

— У вас есть посторонние? — осторожно поинтересовался Богомолов.

— Зачем посторонний? Куда посторонний? — спрашивал тот, продолжая поглядывать с явным недоверием.

Старый генерал заметил у него на лице свежий синяк и подтолкнул полковника под локоть:

— Не с этого мы начали, Константин Иванович! Видно, не мы первые интересуемся «посторонними», не так ли, отец? — усмехнулся он и вытащил из кармана свое удостоверение.

— Хорошая документа, — согласно кивнул тот головой. — Однако, такая документа все можно делать, — пробежав глазами удостоверение, он вернул его и спросил:

— Кто вы искать?

— Мы ищем одного человека, который нам… — терпеливо начал пояснять генерал, но старый Касым неожиданно перебил его:

— Так бы и сказали сразу, что вы ищете ОДНОГО человека! — заговорил он нормальным языком.

— Что с ним? Он жив? — быстро спросил полковник.

— Да, он жив, но ранен и много крови потерял. И потому он сейчас без сознания. — Он еще раз посмотрел на них, словно окончательно решая, можно ли довериться этим людям. — Пойдемте! — наконец кивнул он и направился в сторону схрона.

Когда был открыт замаскированный вход и они увидели американца, генерал воскликнул:

— Но это же не Говорков?

— У вас только этот человек или еще кто-то есть? — спросил майор и вытащил из кармана черный приборчик.

— На кошаре только один посторонний! — заверил старик.

Майор наклонился к раненому и начал внимательно осматривать его, расстегнул ворот, пошарил за пазухой, стал ощупывать его карманы.