Тридцатого уничтожить!

 — Уже трижды кричу тебе! На сброс!

И тут Алексей сорвался: он вскочил на ноги, схватил Пятого а грудки:

— Я не Семнадцатый! Меня зовут Алексей! А для тебя я — Алексей Петрович! Алексей Петрович! Ты понял, мразь?

Он оттолкнул Пятого в сторону, встал у выхода из салона вертолета и приготовился прыгнуть. В это время грузовик оказался прямо под ним. Когда Восьмой дал очередь из пулемета с другого вертолета, капитан притормозил, а потом сразу дал газ.

— Поздней! — прокричал Пятый, выглядывающий в иллюминатор.

Но Семнадцатый, или Алексей Петрович Малышев, уже ничего не слышал, а может, и не хотел слышать; он оттолкнулся от спасительной тверди металла и прыгнул в бесконечность.

В последний момент он увидел в реальности то, что недавно всплывало в его воображение: на него несся железный бампер грузовика. Он успел еще подумать: «Можно, оказывается, предвидеть свою…»

Окончить ему не удалось — жестокий и страшный удар бампером в голову завершил фразу — к нему пришла … СМЕРТЬ.

Воронов успел заметить промелькнувшую прямо перед машиной какую-то тень, и почти сразу же машину как-то странно тряхнуло.

— Эх, пацан, пацан, — только и прошептал он. Ему действительно было жаль этого парня. Он сразу ощутил в нем душевный надлом и сейчас почувствовал себя виновным в его гибели. Может, нужно было его взять с собой? Неожиданно Савелий вспомнил его слова:

— Сегодня мы все в минусе. Чего было больше в них? Горечи, безразличия или желания подсказать Савелию? Вполне возможно, и того, и другого.

И снова Савелий столкнулся с мучительной проблемой должен ли он был взять с собой Семнадцатого или не имел права подвергать опасности жизнь Воронова? Скорее всего, он поступил правильно, и все-таки совесть долго будет мучить его за эту гибель, бессмысленную гибель.

Эти размышления едва не стоили ему жизни: на него, в прорезь, сделанную Седьмым, свалился Пятый, который решил сам расправиться с бежавшими.

Удар ногами был настолько сильным, что Савелий упал на дно кузова несколько оглушенный. А когда все-таки вскочил, не успев окончательно опомниться, получил мощный удар в спину.

Невысокий задний борт не смог задержать его, и он, взмахнув ногами в воздухе, вылетел из машины и скорее всего сломал бы себе шею, не спаси его молниеносная реакция — он мертвой хваткой ухватился за волочащуюся за грузовиком цепь. Обдирая о дорогу одежду, он потащился по земле за машиной.