Тридцатого уничтожить!

На сорок втором ударе он устало встал на две ноги и тяжело дыша выговорил:

— Довольно с тебя и сорока двух: понятно уже, что пресс у тебя как из дерева. Всю ногу отбил. Но и мы не лыком шиты? Начинай!

— Может, отдышишься? — участливо предложил Савелий. — А еще лучше, в другой раз продолжим, ты уже выдержал одну серию, — он сказал это настолько дружелюбно, что Двенадцатый даже не подумал о том, что и сам Савелий только что выдержал еще большую серию.

— Хорошо, считай, что свой тренинг на сегодня ты уже закончил.

— Спасибо, «сенсей», за урок! — Савелий поклонился ему, повернулся и пошел за своей курткой.

Ответив на его поклон, Двенадцатый повернулся и увидел хитрые взгляды боевиков.

— А вы что уставились? Для вас тренировка еще не окончилась! Быстро разбились на две группы!

Савелий надел куртку и быстро вышел из зала: кажется, он сумел не ударить в грязь, но и не очень раскрылся.

Тир оказался не совсем обычным, и Савелий недоуменно огляделся, когда вошел в железную дверь с буквой «Т». Это была круглая комната диаметром метров пятнадцать.

В центре виднелся небольшой красный круг. До потолка было метров восемь-девять. При входе стоял небольшой столик, на нем — деревянный ящик с несколькими отделениями, занятыми различными системами пистолетов как отечественных, так и иностранных и обоймами. В нескольких местах комнаты на разной высоте Савелий заметил телекамеры.

Комната была пустой, но едва он успел ознакомиться с ней, как в потайную дверь вошел Психолог:

— Я не ожидал увидеть вас раньше назначенного времени. — Он уставился на Савелия немигающим взглядом. — Видно, быстро разделались и с другими противниками. Савелий глуповато улыбнулся.

— Хорошо. Сегодня у вас три упражнения в тире: первое — ознакомительное. Выбирайте оружие на свой вкус, становитесь в центр и, когда вы скажете, что готовы, в разных местах будут раздаваться звонки и там же выскакивать мишени ровно на три секунды.

— Разрешите вопрос, Девятый?

— Слушаю вас!

— А если я не уложусь в норму или наоборот, останутся лишние патроны? — поинтересовался невозмутимо Савелий.