Третий олень для эльфа. Наши в академии магии

Они получают достаточную материальную компенсацию, чтобы безбедно существовать весь срок, отмеренный им мирозданием.

Да, все так, как рассказала Марта, но ведь деньги не решают проблему, когда болит душа и тоскует сердце. Эх, да что с ним говорить! Бесчувственная ушастая колода!

Передо мной поставили большую тарелку запеченных овощей, политых сметанным соусом и щедро присыпанных приправами. Пахло лучше, чем мясо. И даже несмотря на съеденные плюшки, я приступила к еде, не забывая при этом бросать на эльфа негодующие взгляды.

И почему я любую ситуацию невольно проецирую на него? Признайся, Броня, ведь тебя не столько волнуют судьбы несчастных брошенных партнеров по временному браку, сколько есть ли подобные жертвы у эльфа? И спросить-то прямо неудобно. Еще подумает, что вызывает во мне чисто женский интерес.

- Я удовлетворил твое любопытство? – поинтересовался он. Нет, не просто так, а разумеется с глумливой ехидненькой фирменной улыбочкой.

Все-таки высшие слишком лакомый кусочек, чтобы по доброй воле отказаться от них, даже будучи предупрежденным.

- Частично, - ответила опекуну и отодвинула от себя пустую тарелку. А кружку и блюдо с пирогом, наоборот, поставила ближе. На каждом снежном пике взбитых сливок лежала огромная спелая ягода, внешне очень напоминающая ежевику. И где они их среди зимы берут? – Скажи, а почему ты был против того, чтобы я покупала одежду у Марты?

- Потому что она человек, - просто и обескураживающе честно ответил эльф.

- Ну, знаешь, это уже расизмом попахивает! – возмутилась я.

- Нет, - покачал головой Друл. – Дело не в расе, а в сроке жизни. Высшие учатся своему мастерству дольше, совершенствуются, и, как правило, создают лучшие вещи. У низших рас все гораздо прозаичнее. Хотя, не скрою, бывают исключения. Например, гномы – лучшие ростовщики из всех, а у дворфов самые лучшие сплавы.

- Но как жить, если заведомо такое предубеждение? – не унималась я.

- Как вариант, вернуться жить на людские территории. Но, поверь, все предпочитают остаться здесь. – Опекун посмотрел на мои незаметно опустевшие тарелки и чашку и улыбнулся. – Идем, олешек, у нас еще есть дела. Да, и в следующий раз не плати за себя сама. Просто попроси записать твои траты на счет высшего дома Амон.

Он встал, бросил на стол пару золотых монет и направился к выходу. Я же… Я показала его чересчур прямой спине язык.