Третий олень для эльфа. Наши в академии магии

Истинные пары – красивая сказка, но любой женщине хочется быть желанной совсем не потому что партнеру подходит набор ее генов, а просто потому что ее любят. А в том, что Салмелдир вообще умеет любить, я глубоко сомневалась.

Дверь распахнулась сама. Вернее, ее открыл ветер. Думаю, без магии ушастого тут не обошлось. Только вот комната оказалась незнакомой, не моей. Большая! Здесь бы три моих поместилось. За окнами уже сгустились сумерки, в углу уютно горел камин, потрескивали дрова…

- Ты куда меня принес? – оглядевшись, спросила я.

- Тс-с-с-с-с… - шепнул эльф и поцеловал очень осторожно и нежно тоже.

Так, что стало все равно, где мы находимся. Главное, что вдвоем. Я вдруг поняла, что последние дни мы никогда не оставались наедине, и мне жутко не хватало его глаз, голоса, губ. Но, чтобы не всем, а только для меня одной. Пусть даже говорит что-то хамское и совершенно возмутительное, но лично, без свидетелей. Я соскучилась…

Когда Друл успел стать таким близким и необходимым? Когда спасал меня в первый, во второй или в третий раз?

А поцелуй становился все требовательнее.

И его уши, такие нежные, острые, совсем не похожие на мои. Дотронуться до них давно стало навязчивой идеей. И я решилась. Протянув руки, погладила вершинки кончиками пальцев.

Салмелдир вздрогнул и застонал мне в губы, отчего мурашки просто взбунтовались и дружно высыпали на коже, а сердце… оно едва не выскочило из груди.

- Брони-и-и-ис… - снова протянул эльф, и мир перевернулся.

Теперь я лежала на кровати, а Друлаван нависал надо мной. Светлые серебристые прядки выбились из его косы и теперь щекотали мне щеки и нос, а его глаза сияли так ярко, что я не выдержала и чихнула.

В голове немного прояснилось. Эльф успел скинуть с себя камзол и рубашку, и сейчас усердно расстегивал пуговички на моей форменной куртке. И камин в чужой комнате.

Малх бы побрал этого хитреца!

- Ты что делаешь? – очень тихо и подозрительно спросила я.

Ушастый снова застонал. На этот раз он коснулся лбом моего лба.

- Целую тебя, глупышка, что же еще? – прошептал он так, что где-то внизу живота сладко заныло, а ушам, щекам и шее стало невыносимо жарко.

- З-зачем? – выдавила из себя не самый умный вопрос.