Третий олень для эльфа. Наши в академии магии

Как сдержалась, не понимаю, но за куратором пошла.

Коридоры наполнились преподавателями и адептами. Все как в обычном учебном заведении, только сказочном. Одежда непривычная моему глазу, летают какие-то магические штуки, вроде записок или шпаргалок с огненным шлейфом. А в остальном привычный гул, суета, смех и разговоры… разговоры…

Вряд ли кто-то отважится на меня напасть в присутствии Друлавана. Сердце не екало, и страха тоже почему-то не было. А вот любопытства никто не отменял.

Подозревала ли я кого-нибудь в покушении?

О, да! Далеко ходить не надо – ректор Армагон собственной персоной. Не удалось заполучить самому, так пусть никому не достается. Черный кукурузник что-то знал о моей семье. Что-то такое, что не хотел раскрывать остальным, но сам не забывал ни на секунду. И потом опасалась я его, дрожала от одного взгляда.

- Пришли.

Ушастый толкнул двери, и они распахнулись передо мной.

В просторном кабинете, залитом солнцем, заставленном книжными шкафами и различными странными приборами, за массивным столом с мощными резными ножками, выполненными в форме лап неизвестного зверя, восседал он – Карил Армагон. Это шутка такая? Признаться, я хотела развернуться и выбежать отсюда, но позади меня, словно скала, возвышался Салмелдир.

- Я хочу уйти отсюда.

- Поздно, Бронис, - повторил ушастый гад и предатель. – Поздно.

И меня пусть легко, но в целом настойчиво и бесцеремонно втолкнули внутрь. Заговор против иномирных оленей! Мы редкие! Нас охранять надо, а не это вот все! Нет, страха по-прежнему не было, но беспокойство внутри поселилось.

- Что, магистр, не справились? – с хитрой улыбочкой поинтересовался ректор, использовав для этого слова из моих же собственных мыслей, словно подслушал.

"- Не справились, - даже не стал отрицать опекун. Он, что… от меня отказывается? Но эльф продолжил. И хотя я не видела его лица, но точно знала, глумливую улыбку кукурузнику он вернул. – Мы не справились, Карил. Или безопасность территории академии не ваша забота?

У ректора было что сказать, вне сомнений, но ему не дали. Двери снова отворились.