Три женщины в городском пейзаже

 – Один в первом браке, второй во втором. Точнее – вторая. Дочка, Людочка. Одиннадцать лет. Сыну Володьке, – Градов задумался, – уже за двадцать.

– В честь себя назвал? – не удержался Туров.

– Жена захотела, – объяснил друг юности, – любила меня.

– Общаешься? – спросил Туров.

Градов отвел глаза.

– С дочкой да. Иногда. А с Володькой… Не получилось – бывшая настроила. Да и новый папашка имеется. В общем, просили не лезть, я и не лезу.

– Ясно. А где работаешь?

Градов заметно оживился:

– Группа у меня, Леха! Группа.

– Группа быстрого реагирования? – пошутил Туров.

Кажется, Градов обиделся.

– Нет, Тур! Музыкальная. Ансамбль, короче. Ну не ансамбль, конечно. Именно группа. Я гитарист, Васек Крытин на органоле. Димон Муравьев, Муравей, ты наверняка его помнишь, на саксофоне. И девочка поет. Скрипачка. Поет и играет – Таня Смелкова. Так поет, братан, – дух перехватывает!

– В каком стиле играете? – уточнил Туров. – Фолк, рок, бардовская песня?

– Кантри, – смущенно и расстроенно бросил Градов, – сейчас рок не катит, увы.

– А где, стесняюсь спросить, лабаете?

– По-разному. – Градов заметно скис. – Куда пригласят. В кафешках всяких. На вечеринках. По частным приглашениям. Ну и… в пансионатах.

– Ну понятно. С заработками не очень, как вижу.

Градов пожал плечами:

– Почему? Мне хватает. Знаешь, как говорится, богатый не тот, у кого много…

– Знаю, – перебил его Туров, – кому достаточно! Отличная отговорка! Оправдание для бездельников и лентяев, уж извини.

Градов смотрел на него с искренним недоумением.

– Ну что, скажешь, не так? – Сузив глаза, Туров подался вперед. – Не так?

Градов взял себя в руки и усмехнулся:

– По себе судишь?

– По людям. По жизни. – И с усмешкой добавил: – По жизни, чувачок!

– Зря, – отмахнулся Градов, – брось. Потребности у всех разные. И счастье все видят по-разному. Что, не так?

– По-разному, – согласился Туров. – Но ответь: от хорошей машины нормальный мужик откажется? А баба от новой шубы? А от Канар? Променяет Канары на… – Припоминая российские курорты, он щелкнул пальцами.

Градов расхохотался:

– Вот честно, не знаю! Не с чем сравнить! В Бердянске был, а на Канарах не доводилось! Что, такая огромная разница?

– Прикалываешься, – хмуро бросил Туров. – А что еще остается?

Градов посерьезнел."

"– Да много чего, чувак. Душевный покой. Любимое дело. Своя норка – пусть маленькая, крошечная, но родная, привычная.