Три женщины в городском пейзаже

И что в сухом остатке, Катька? Каков итог?

– Жизнь, Саня! – задумчиво отозвалась Катя. – Обычная жизнь.

– Ну да, все так. Выходит, Кать, что я не самая лучшая дочь. Хорошо еще, что Гальперин ее жалел и хорошо к ней относился. Все про нее понимал, но ни разу ни одного грубого слова не сказал. Знаешь, как я ему за это благодарна! Прихожу теперь к ней на могилу и разговариваю с ней, как никогда не разговаривала. Рассказываю ей про свои дела. Про Галку, про работу. Про то, что болит. Про все свои печали. И знаешь, отпускает.

– Брось себя жрать! – Катерина махнула рукой. – Пустое это дело. Ну да, рассказываешь. А она молчит. А ты представь, если бы ответила. Что бы она тебе сказала? Ну и твоя реакция! Ни в чем ты, подруга, не виновата – так сложилось, ты-то при чем? Такое вот детство они тебе соорудили. Именно они, а не ты, Сашка! Да и вообще, что теперь-то искать виноватых? Основных действующих лиц этой драмы давно нет на этом свете.

– Трагикомедии, Кать! – поправила Саша. – И еще, Кать! Ты уж прости, что гружу! Понесло меня, подруга, сегодня – это я про отца… Вот думаю: какая я дрянь! За столько лет и не доехать до этой Сибири.

* * *Потом они собирали Катькины чемоданы, ругались, хохотали, орали друг на друга.

Наконец уложились, притихли, сели на диван и обнялись.

– Спасибо тебе, – тихо сказала Катька. – Ты мне такой праздник устроила. Веришь, я ни разу так не отдыхала. И хлеб, и зрелища, а главное – ты!

– Это тебе спасибо, – откликнулась Саша. – Не понимаю, как я буду без тебя жить.

Ну и снова слезы, и снова объятия.

– Теперь уж точно будем встречаться! Раз в три года – непременно, обязательно!

– Нет уж, какое раз в три года, ты спятила? В следующем году обязательно! И только попробуй откажись приехать! – бушевала Катя.

Саша грустно вздохнула:

– Постараюсь, Катька! Очень постараюсь. И правда – отступать уже некуда. Как там про камни: пришло время собирать, да?

Катерина недоверчиво хмыкнула.

Встали в восемь, опухшие, разбитые, еле живые.