Транспортный вариант

Вспомните, какого числа в феврале вы были у Мучника? Девятнадцатого, двадцатого, двадцать первого?

— Минуту… — недовольно сказала женщина.

Слышимость была хорошей, в течение разговора до Денисова несколько раз доносились приглушенные голоса, негромкое звяканье рюмок.

— Девятнадцатого… — раздалось наконец в трубке. — Перед снятием остатков! Все? — нетерпеливо спросила женщина.

Она первой положила трубку.

— Проясняется? — спросил Антон.

— Не очень.

«Выходит, Гилим видел на остановке такси не Мучника с Лэстером-Вэлтом, — подумал Денисов, — кого-то другого.

Теперь, когда Лэстер-Вэлт отпал, он мог вплотную заняться анализом записок неизвестного адресанта Белогорловой, которых у него накопилось изрядное количество.

Он показал Антону две последние.

— «Вяжите меня, я убийца!» — прочитал Сабодаш. — Чего же тебе еще надо?

Тут все сказано.

— А что ты скажешь насчет этого? — Денисов развернул вторую записку. — «…Во всем ищу какое-то знамение…» Нет! Вот: «Почему РР не подошел к ней? Они бывали так нежны друг с другом…» — Он прочитал отрывок дважды.

— Любопытные инициалы. Заметил, Антон.

— Почему? — автоматически возразил Сабодаш. Но через минуту должен был согласиться: —Действительно.

Роман Романович? Ромуальд? Рем?

Пока Антон ломал голову над загадочными инициалами, Денисов позвонил домой. Телефон был занят, Денисов посмотрел на часы: в это время, освободившись от дел, Лина и теща подолгу обсуждали события прошедшего дня.

Денисов заглянул в черновую книгу дежурного.

— Если бы не несчастный случай, — Антон по-своему истолковал его интерес, — ты бы сейчас занимался ими!

— Дело не в этом. Они ведь ехали мимо Коломенского… Если бы Белогорлова не попала под поезд, она могла оказаться с ними в одной электричке. Даже в одном вагоне!

— С «Малаем» и «Федором»? В одной компании?"

"Денисов и сам понял, что в какой-то момент мысль его неожиданно свернула в сторону, а Антон и вовсе довел ее до абсурда.

«Остальное из области домыслов…» — подумал он.

— Они не выходили из поезда в Коломенском… — Сабодаш в два счета покончил с версией. — Как ехали из Москвы, так и ехали.