Только ты

 — Ты не знаешь?

— Что?

— Вот это!

Он двинул вперед бедра и вошел в нее, словно соединив оба тела в одно целое. Она ответила приглушенным вскриком и встречным движением бедер. Смеясь от удовольствия, он прижался к ней, слушая, как она без конца повторяет его имя.

— Да, — сказал Рено. — Это я. Снова… Но не ругай меня, gata. Я никогда раньше не был таким.

Еще движение, еще вскрик, новая горячая волна, идущая от Евы к Рено, подпитывающая его пламя.

Рено двигался энергично, больше не сдерживая себя и не экономя силы.

Когда капельки пота выступили на ее коже, он слизнул соленые бисеринки, куснул тело, которое готово было стать его частью. Он ласкал грудь зубами и языком, вновь и вновь возбуждая соски, в то время как его бедра продолжали неустанное ритмичное движение.

— Его рука скользнула между горячими влажными телами и отыскала атласный бутон.

— Что ты… со мной… — прерывистым шепотом лепетала Ева. — Господи… Рено…

В ее тело ворвался шторм наслаждения, яростные, сладострастные токи пронеслись по ней, унося с собой в запредельность.

Рено в полной мере ощутил силу страсти, которую он вызвал в Еве. Каждый мощный толчок он сопровождал лаской, трогая нежный бутон, который расцвел под его рукой.

Ева издала продолжительный стон, обозначавший, что пришел экстаз, не имевший ни начала, ни конца.

Рено улыбался какой-то отрешенной улыбкой. Он сжимал Еву в крепких объятиях, прислушиваясь к ее трепету. Когда она затихала, он нагибался, слегка покусывал ей плечо и возобновлял движение внутри нее.

Ева жадно хватала воздух ртом, чувствуя, как страсть сжигает все ее тело.

— Рено!..

— Я предупредил тебя, — сказал он низким голосом.

Рено снова начал извечный обряд. Над любовниками опустился полог ночи и страсти.

18

Скалам, пескам, колючим кустарникам, казалось, не будет конца, но Рено знал, что это не так. Это была всего лишь очередная широкая терраса на длинном спуске от Скалистых гор к тем местам, где далеко на западе мчит свои воды между каменных берегов таинственная, могучая река Колорадо.