Телохранитель для дочери генерала драконов

Иголки в разные стороны расставила, и не подступишься. Как же я злился на себя в этот момент! Вернусь — голову сниму тем, кто должен был следить за ее благополучием.

А еще была вина, и приглушить я ее никак не мог. Недоглядел. Стиснув челюсть, почувствовал, как удлиняются клыки. Тряхнув головой, взял себя в руки.

Все исправлю, времени для этого у меня будет предостаточно.

— Вышивание, вязание, выпечка, чтение... — я вспоминал все, чем увлекалась Амма. — Что-то же тебе нравится, Касси?

— Ничего, перевертыш, — ее голос звучал сухо.

Ее рука дрогнула, я четко уловил движение. А еще запах. Создавалось впечатление, что я топчу заросли малины под окном сестры, которая в этот момент варит малиновое варенье.

— Касси, — остановив лошадь, я поймал взгляд своей орины. Высокомерие так и сквозило в глазах, но если присмотреться — в них плескался страх. — Что не так? Ты не желаешь со мной разговаривать? Не нравлюсь чем-то?

Ее глаза увеличились, она тяжело задышала и отвела взгляд.

— У меня нет увлечений, Руни. Не до этого было. Да и... — она снова замолчала.

— Но ведь нравится что-то? — не желал я сдаваться. — Наверняка чем-то хотела заниматься, да не выходило.

— Было, — она смущенно улыбнулась. — Рисование. Но таланта не оказалось. Получалась мазня. Бумага дорогая, краски тоже. Про учителя и вовсе молчу. И читать интересно, но не те книги, что были у нас в библиотеке.

— Про талант — это все ерунда, — отмахнулся я. — Просто где-то нужно больше труда прилагать, а где-то меньше. Поверь, если очень захотеть и постараться, и зверь человеком стать может.

«На себе проверил», — добавил я мысленно.

— Ты правда так думаешь, Руни?

Она расслабилась и подалась вперед. Наездница из нее была никудышная. Хоть на себе вези.

Я кивнул.

— Тогда может быть, когда-нибудь и начну рисовать... — пробормотала она, но не слишком-то уверенно.

— Это я тебе обещаю, — буркнул себе под нос и повел лошадь дальше.

Между нами снова повисло молчание. Тягостное.

Я шел вперед, внимательно следя за обстановкой. Слышал в отдалении скрип колес старой телеги. Ржание лошади и рычание... Остановившись, принюхался.

— Руни? — Касси насторожилась.

Подняв руку вверх, приказал ей замолчать.

Послушалась и даже дышать перестала.

Прикрыв глаза, я выпустил магию.