Тени кафе «Домино»

А вы быдло.

Малина.

Тыльнер с двумя агентами подъехал на извозчике к арке ворот.

– Жди здесь.

Они вошли во двор.

Темнота и грязь.

Только в двухэтажном доме сквозь рваные занавески пробивался свет.

Поднялись на второй этаж.

Осветили фонарем дверь с вылезшей паклей.

Ни ручки, ни звонка не было.

Агент Балашов, бывший борец «Черной маски», грохнул кулаком по двери, так что задрожал дом.

За дверью послышались шаги.

– Кто?

– Конь в пальто. Открывай, Нефедыч, иначе дверь разнесу.

– Сыскная что ли?

– Догадливый ты.

Дверь распахнулась, и оперативники вошли в темную прихожую.

– Свет зажги.

Над потолком зажглась тусклая лампа, обмотанная газетой.

Тыльнер вошел в комнату.

– Ну и вонища у тебя, хозяин.

– Так люди отдыхают, Ваше благородие.

На столе валялись объедки и карты, по полу катались пустые бутылки.

– Где Кот?

– Спирька?

– А у тебя еще какой есть, – рявкнул Балашов.

– Так нет, его Манька-Колесо увезла.

– Куда?

– Известно куда – к себе. Спирька при монете, теперь она пока из него все не вытряхнет, не отпустит.

– К себе – это значит в Зоологический переулок? – сказал Тильнер. – Так, Нефедыч?

– Так, Ваше благородие.

– А если, упаси Бог, не так будет, я вернусь и сожгу твою хазу.

– Нет такого закона.

– А махорку в водку сыпать – есть такой закон.

Спирька Кот спал на кровати с шишечками и пружинным матрасом. Он лежал, раскидав свое сильное тело, рубашка была расстегнута, брюки спущены до колен. Тыльнер сунул руку под подушку.

– Зря, начальник.

Балашов тряс Спирьку, но тот только мычал.

– Не поднимете его, – посочувствовала Манька, – придется на себе тащить.

– Извините, Балашов, – развел руками Тыльнер, – но…

– Я понял, товарищ начальник.

Олег Леонидов.

На Тверской было темно. Тусклые фонари горели через один.

Леонидов вышел из «Домино» и зябко застегнул пальто.

– Олег Алексеевич, – окликнули его из темноты.

Он обернулся, разглядел силуэт автомобиля и Штальберга, идущего к нему.

– Олег, – сказал Штальберг, – Вы единственный человек, которому я могу доверять. Я уезжаю…

– Куда?

– В Питер. Видите авто, мой племянник Коля гонит его в штаб Балтфлота. В Чека дознались, что я работал в контрразведке и занимался немецкими деньгами. В этом портфеле документ, на чьи деньги устраивали переворот.

– Но Борис…

– Не перебивайте меня.