Тени кафе «Домино»

Квартира Бартеньева

В комнате, задрапированной тяжелыми бархатными гардинами, было темно.

Ирина спала, по-детски положив кулачок под щеку.

Бартеньев зажег ночник и любовался красивым сильным телом своей любовницы.

Потом он накинул халат и встал.

Подошел к секретеру красного дерева, нажал на потайную клавишу и отодвинул стенку.

Из тайника вынул четыре пачки червонцев.

Взвесил их на руке.

Добавил пятую.

Подошел к постели и положил деньги на тумбочку рядом с Ириной.

Кафе «Домино»

А в «Домино» веселились от души.

По столам ходила непошедшая полоса «Рабочей газеты».

В ней в рамочке с виньетками был изображен усатый красавец, держащий в руках бутылочку с надписью «Пилюли „Эвма“ – слабит мягко и нежно, не лишая сна».

Охочие до скандалов, журналисты с хохотом поздравляли Леонидова с замечательной шуткой.

– Олег! А если бы прошла? – спросил репортер из «Гудка».

– Исключено, я с выпускающим договорился.

– Ты очень рисковал, Олег, – сказал Мариенгоф, – очень.

– Чем, Толя?

– Во-первых, такие шутки проходили в Бершовке, а при нынешнем режиме такие шутки сродни контрреволюции.

– Не паникуй, Толя.

– Я не паникую, просто напоминаю, в какое время мы живем.

– Милый Толя, спасибо тебе. Я все понимаю, только иногда как накатит, ну и делаю веселые глупости.

– Что со сценарием, Олег?

– Пишу.

– А может быть, ты уйдешь из газеты? Будешь штатным сценаристом.

– Ой, нет, – Леонидов оглядел веселые лица коллег. – Не могу я без газетной лихорадки, не могу.

В зал вошла Татьяна.

Огляделась.

Пошла к столику, где сидели друзья.

– Вот она, твоя жизнь, – улыбнулся Мариенгоф. – И я тебе завидую.

– Олег, к нам в театр приволокли газетную страничку с рекламой слабительного.

Татьяна прыснула, закрыла рот ладошкой.

– Михаил Романович просил тебя поцеловать и передать, что если бы ты писал репризы для Хенкина, заработал бы куда больше.

– А тебе не хватает?

– Нет, милый, мне хватает всего.

ОГПУ

В кабинете Мартынова сидела роскошная блондинка, шикарно одетая и увешанная бриллиантами, как новогодняя елка игрушками.

– Лариса Васильевна, хочу Вам сообщить, что анализы Ваши нормальные, никакой венерологии нет.

– И на том спасибо, Федор Яковлевич. Не возражаете?

Дама достала золотой портсигар, извлекла из него длинную тонкую папиросу, закурила.

– Лариса Васильевна, – нас интересует все, что с Вами произошло, любые детали.