Тени кафе «Домино»

По весенней погоде обитатели дома вылезали на улицу погреться на солнышке.

Увидев двух больших начальников из УГРо, снимали кепки и шляпы и вежливо кланялись. Тыльнер и Николаев вежливо кланялись. Как никак, воровская аристократия, цвет уголовной Москвы.

– Ну все прямо как на светском рауте, – удивился Леонидов.

– А как Вы думаете, Олег Алексеевич, в любом деле есть свой политес.

Они вошли в лавку и увидели Шарапова, стоявшего, опершись руками о прилавок.

Руки его напоминали две могучие колонны.

Перед ним стояли два тонкошеих мальца лет по двадцати.

– Значит ты, буржуй, сейчас нам дашь баранью ногу, а потом каждый день будешь по три фунта давать, а в конце недели деньгами.

На пацанах были большие клетчатые кепки, пальтишки в облипку, полуботиночки «джимми» – последний крик воровской моды.

– А из белья вам ничего не надо? – спросил Шаповалов, – а то вполне могу устроить саван.

Он поднял кулак величиной с голову ребенка.

– Ударь – всю жизнь на лекарей работать будешь.

– Слышь ты, урка с гондонной фабрики, вали отсюда, – сказал Леонидов.

– Че? Чее?

Парень сделал несколько шагов к нему особой уркаганской походкой «враскачку».

– А ну вы все трое фря, делайте ногами походу отседова, иначе пасть разрежу до ушей.

В руке парня появилась финка.

Олег ушел влево.

А с правой провел сокрушительный кросс.

Парень икнул.

Взмахнул руками.

Финка полетела к прилавку.

Кепка соскочила с головы.

А он сам, пролетев пару метров, ткнулся головой о бочки, стоявшие у стены.

Второй бросился к выходу, но его за шкирку поймал Тыльнер.

Он вытащил удостоверение.

– Уголовный розыск, сопляк. Еще раз сюда придешь – отвезем в Гнездниковский и там жить научим.

– А теперь забирай дружка и выноси его отсюда.

– Как забирать?

Парень, испуганно озираясь, схватил дружка за ноги и поволок на улицу.

Леонидов поднял кепку и вышвырнул на волю.

– А ударчик у Вас, Ваше благородие… Тьфу, все привыкнуть не могу, Олег Алексеевич.

Шарапов вышел из-за стойки.

– Позвольте познакомиться. Шарапов Михаил Михайлович.

– Тыльнер, – Георгий пожал мощную руку хозяина.

– Николаев, – опять рукопожатие.

– Если не возражаете, господа товарищи красные сыщики, прошу ко мне отобедать, чем Бог послал.

В комнате за обильно накрытым столом сидел Орест Петрович Андрианов.

Он радостно поднялся на встречу вывшим коллегам.

С Николаевым они обнялись.

– Как ты, Орест? – спросил Николаев."

"– живу.