Тени кафе «Домино»

– Я помню эту статью, – встал из-за стола Леонидов, – ее написал некто Дриллих, которого разоблачили как агента Охранки.

– Но Охранка к нашему спору не относится. Так вот, я неделю назад в Петрограде побывал в особняке Ковригина на шестой линии Васильевского острова. Конечно, коллекция его исчезла безвозвратно, в особняке теперь «Музей быта». На втором этаже этого странного учреждения я увидел на столе картину Рюисделя, без рамы, просто прислоненную к стене. А ведь она стоит огромных денег в валюте. Как же так, Анатолий Васильевич?

– Что поделаешь, мы еще не можем собрать все культурное достояние Республики.

Зал аплодировал.

Шварц наклонился к Федоровскому.

– Сергей, Вам нужны деньги?

– Конечно.

– Есть работа, за которую Вы можете получить весьма солидную сумму. Но она связана с риском.

– За хорошие деньги я готов рискнуть.

Петергоф. Музей быта.

На втором этаже особняка Ковригина, ныне «Музея быта», экспонировались кухонные и туалетные принадлежности.

Стояли плиты, затейливые унитазы, кухонные шкафы, полки с мельницами для кофе, лежали медные пестики, разноцветные жестяные коробки для приправ.

На обшарпанном кухонном столе прислонилась картина без рамы.

Посетителей не было, и дежурная – старушка с повязкой на рукаве – подремывала в углу.

Она услышала шаги и встрепенулась.

В комнату вошел необычный посетитель.

Он был одет в серый твидовый реглан, шляпу «Барсолино», в дорогие туфли на каучуковой подошве.

Он обошел экспозицию.

Заинтересовался затейливой газовой плитой.

Внимательно осмотрел приспособление для изготовления мороженного, а потом подошел к картине.

Долго стоял, разглядывая ее.

Достал из кармана складную лупу.

Поглядел на угол полотна, разглядывая подпись.

Потом вежливо приподнял шляпу и вышел.

Дежурная опять задремала.

Господин иностранец вышел на улицу.

Огляделся.

Посмотрел на окно второго этажа.

Оно было как раз рядом с водосточной трубой.

Труба была новая, металлическая.

Иностранец, будто поправляя ботинок, оперся на нее.

Потряс.

И остался доволен.

Оглянулся и пошел по шестой линии.

Кафе «Домино»

Шварц и Федоровский пили коньяк в «Домино».

Вернее, пил одни Шварц. Федоровский только пригубливал рюмку.

– Отчего же Вы не пьете? – спросил Шварц. – Коньяк весьма хорош.

– А Вы, Генрих, или как Вас там…

– Вы сомневаетесь, что это мое настоящее имя?

– Да нет, – весело ответил Федоровский, – не пью крепких напитков и не курю. Моя профессия тесно связана со здоровьем.