Тень Великого Древа (СИ)

Она была хрупка и трогательна своею беззащитностью, но не дрогнула пред лицами вельмож:

- Кто из вас герцог Ориджин?

- Я.

- Вам письмо от моей госпожи, леди Магды.

- Что в нем?

- Госпожа сказала, что хочет мира. А подробно читайте сами, я не грамотная.

Эрвин изучил и взломал печать. Подумал про Ульянину Пыль и на всякий случай отдал письмо сестре. Она тоже усомнилась:

- Меня могли предусмотреть… - и попыталась передать конверт Мире.

- Я не чтица, а мишень для злых и беспочвенных насмешек.

Письмо досталось часовому, и тот прочел вслух:"

"«Временная правительница Минерва Джемма Алессандра, герцог Эрвин София Джессика.

От имени Великого Дома Лабелин и лорда Адриана Арденского я приношу вам извинения. Мой супруг вспыльчиво и необдуманно отверг мудрое предложение мира. После дискуссии внутри семьи, мы отзываем все угрозы и готовы явиться в Первую Зиму, согласно вашему приглашению. Прошу вас поручиться за нашу безопасность словом герцога и словом императрицы. Написано моею рукой, поскольку мужу нездоровится, но заверено подписями нас обоих.

Магда Фиона Лилит рода Софьи, леди Лабелин,

Адриан Ингрид Элизабет рода Янмэй, лорд Арден»

- Ха, - сказал Эрвин.

- Ха-ха! – сказала Иона.

- Адриан и Магда… сдались вам?! – поразилась Минерва.

- Мы – жестокие Ориджины, нас боится весь мир!

Юная шаванка окаменела при этих словах, и Эрвин сказал ей:

- Простите, сударыня, у нас дурацкое чувство юмора. На самом деле, мы счастливы получить ваше письмо. Сегодня больше не прольется крови, и это великая радость.

- Милорд, что передать госпоже? Вы согласны?

- Конечно. Я отправлю ответ голубем, а вы отдохните с дороги. На столе ордж и кофе, угоститесь, согрейтесь.

Он приказал подать перо и бумагу. Иона расцвела от хороших новостей и снова потянулась к орджу, но брат шлепнул ее по руке:

- Они сдались, значит, медицинский Предмет безопасен. Ступай в лазарет.

- Нет же! – взмолилась Иона. – С вами так хорошо! Я устала, я пьяна и несчастна, меня не любит родной брат…

- Миледи, - строго сказала Минерва, - в моей новой столице нытье позволено лишь одному человеку: министру Лиаму Шелье.

А вам жалеть себя запрещается.

Северная Принцесса надула губки:

- Эрвин, защити меня…

- Сестрица, ты хотела спасти двести человек. Пока – только семьдесят шесть, я считал.

Иона вздохнула, показала брату язык, выпила кофе прямо из кофейника.

- Не расходитесь, пожалуйста. Я вернусь через сутки. Или двое…

Она ушла, и Мира села обратно в свое кресло.