Тень Великого Древа (СИ)

Конные лучники ухнули в полынью. Эрвин выехал на твердый белый лед – и опустил рог, когда увидел ворота замка. Они были открыты, оттуда выезжали верховые кайры. Отцовская конница была готова к атаке. Только и ждала сигнала!

Рог – к черту. Глас Зимы – твой час пришел! Эрвин вскинул клинок над головою и начал разворот. Мимо замка – обратно в поле. Копыта выбивали дробь, меч сверкал, словно искра. Ударная кавалерия вытекала из предполья. И на мост, и на лед – всюду сразу. Красно-черная волна вырастала на глазах, а Эрвин мчал впереди нее.

Как буревестник перед штормовой тучей.

Теперь он скакал прямиком на орду. Тьма тьмущая шаванов! Если хоть на миг представить, сколько их… Не стоит даже миг тратить на ерунду. Неважно, сколько. Они сдохнут, а я нет. Агата обещала!

Эрвин выбросил клинок вперед, острием указал прямо в сердце орды. Гром копыт накатывал сзади. Силища Первой Зимы догнала его, уперлась в спину, толкнула вперед. Он вылетел со льда на берег и вонзился в толпу степняков.

Впереди оказались лучники.

Все еще – лучники! Двуцветный шторм налетел слишком быстро, шаваны не успели перестроиться. Они стреляли – поспешно, беспорядочно, - а кайры врубались в них. Тяжелая кавалерия смела передние ряды. Опрокинулись кони, люди посыпались, смешались с землей. Несколько ханидов открыли огонь, но не успели спрятаться за спины прикрытия. Вдох спустя волна накрыла их, вышибла из седел, перемолола железом подков. Один очутился возле Эрвина. Сброшенный с коня, перекатился, вскочил на ноги, поднял Перст. Шлем слетел с него – лицо столичника, а не шавана. Ветеран бригады, шел за Паулем от самой Реки… Глас Зимы разнес ему череп.

Эрвин мчал сквозь врага и кроил, и колол. Легкие горели, рука наливалась свинцом. Но меч будто сам тянул ее, куда надо. Вот конный лучник – пустил стрелу, промазал – лук на миг застыл в руке. Удар – кисть отлетает, брызжет кровью культя. Вот ганта с длинным мечом – орет, заносит клинок. Ты слишком медлителен, парень! Эрвин уже скачет дальше, а тот обливается кровью, роняя за спину меч.

Вот черные усы и злые глаза – так и полыхают яростью. Хорошо, когда у шлема нет забрала! Глас Зимы ставит подпись - багряный росчерк поперек лица.

Сестра, - думает Эрвин. Иона, любимая, этот праздник я хочу делить с тобой! Правда же, твой Перст достает сюда?

Голова врага лопается, как орех. Эрвин не успел донести меч, а она разлетелась сама. Эй, дорогая, не отбирай мое лакомство! Торт большой, возьми другой кусочек!"

"Впереди тяжелый отряд врага.