Тень Великого Древа (СИ)

Остальные беглецы – обозные слуги Шейланда – тоже стоят вокруг него. Они расслабились: добежали до долины, спрятались за шеренгу медведей - кажется, спаслись. А тут-то хорошо: Избранный побеждает, Первая Зима горит. Разинули рты, смотрят…

- Чего встали, к Избранному идем, - шепчет Эрвин вдове Шер.

Он взял ее с собой в качестве голоса, поскольку свой окончательно утратил. А также как маскировку: двое на одном коне – кто они, если не беглецы?

- Милорд, - шепчет вдова, - я вам соболезную.

Ее лицо пылает, а голос дрожит.

Она тоже не сводит глаз с пожара. Перекрывая горечь гневом, Эрвин шипит:

- Чего встали! Быстрей к Избранному! Он нас спасет!

Вдова кричит его слова, а Эрвин пускает коня вскачь. Толпа приходит в движение и движется бегом через лабиринт, прямо к орде, рыщущей у замка.

Эрвин находит глазами своих. Вот Хайдер Лид верхом на осле, переодетый в погонщика. А вот сестра на одном коне с кайром Обри. Лицо Ионы в саже, из глаз бегут слезы, оставляя темные дорожки на щеках.

Толпа беглецов пересекает лабиринт.

На пути встречаются солдаты: раненые бредут в тыл, вестовые мечутся между подразделений. Беглецы всем кричат:

- Нас атакуют сзади! Там Персты Вильгельма!

Кто-то пугается, кто-то не понимает, кто-то спешит доложить графу. Толпа бежит. Все ближе горящий замок и орда.

Похоже, лабиринт сделан в виде спирали. Они проходят виток за витком, пока не оказываются в последнем. Еще ряд ледяных глыб – и озеро, дым надо льдом, шаваны на берегу. А под ногами – трупы.

Здесь был рубеж обороны, но перстоносцы взломали его, и кайры не успели отступить. Люди и лошади лежат вперемешку. Снежное поле засеяно покойниками. На нем вырастут мертвые деревья с черепами вместо плодов.

Эрвин способен выдержать это: как никак, имеется опыт. А вот сестра… С болью и страхом он смотрит на Иону. Она ведет коня между мертвыми телами и глядит вниз, не поднимая головы, и дрожит. Сестра задыхается от плача. Обри пытается утешить ее: что-то говорит на ухо, держит за плечо.

Иона слишком ранима. Иона может вынести боль – но только свою собственную. Боль других – ее погибель.

Толпа беглецов выходит из лабиринта на берег озера. Их заметили, навстречу скачут шаваны. Слуги кричат:

- Где Избранный?! На нас напали!

Эрвин видит, что сестра остановилась между тел. Спешилась, нагнулась к трупу. Видимо, кто-то знакомый… Эрвин хочет крикнуть: «Сестра, ну что же ты?! Надо выиграть битву! До завтра сдохнет куча людей, и я в их числе.