Телохранитель для демона

Сажусь удобнее, пристально смотрю на эльфа и делаю последнюю попытку объяснить:

— Грудь, — означенная часть тела непривычно тянула вниз, — ты вернул мне грудь?! Ты… кошмар орка, ты хоть представляешь, как с этим, — я продемонстрировала, с чем именно, — бегать и бросать копье? Она мешает, эльф тупоголовый!

Белобрысый потрясенно молчал, пришлось продолжить:

— Здесь, — я указала на шею, — была моя гордость — свидетельство моей победы над горным троллем!

Вдохновился, даже дышать перестал: то-то же, давно пора было понять.

Но… тут маг задал вопрос:

— А… волосы?

Повинуясь странному чувству любопытства, провожу рукой по обычно гладкой голове… там столько патлов, что их вырывать придется несколько дней! Перекинула часть новообретенной поросли на плечо и вдохновенно сообщила эльфу, в какой части тролльей помойки ему самое место, так как волосы у меня до пояса, не меньше!

— Сколько живу, впервые сталкиваюсь с подобным… экземпляром. Могу я узнать ваше имя, пре… — Тут эльф задумался и, начиная хоть что-то осознавать, спросил: — А слова «красивая» и «прекрасная» — это оскорбления?

— За которые платят кровью! — честно ответила я.

 — Но твой проступок еще хуже, эльф, и за это я вырву твой язык — ты решил, что мне нужна помощь! Язык точно вырву. Потом убью. Таковы правила!

Но эльф действительно был древним, что и продемонстрировал каверзным вопросом:

— А ты всегда следуешь правилам?

Эх, поймал! Не всегда, еще точнее — крайне редко. Вот и сергала убить не смогла, нарушая все заповеди клана… Так и расплата, вот она — сижу с волосами и всеми частями тела, и… шрамов нету-у-у-у…

Вдали послышался вой, подхвативший мое неосознанное нытье, и я поняла, что сергал возвращается с охоты, судя по вою, весьма довольный и сытый.

А я? Нужно убить эльфа, забрать одежду… нет, не у него, этот мне по размеру не подойдет, а жаль, у светлых добротные сапоги. Потом взять еду — и в путь, я должна достичь территории домена ДарГарай к окончанию следующей ночи.

— Молись, эльф, — произнесла я, поднимаясь, — ты дышишь в последний раз.

Но светлый задумчиво посмотрел на меня, затем улыбнулся и с каким-то странным чувством произнес:

— Ты мне нравишься, темная… Ты заставляешь струны моей души петь…

— От боли? — искренне поинтересовалась я. — Сломать тебе пальцы снова?

— Нет! — Эльф невольно убрал руки за спину. — Вот пальцы больше не надо…

— Руку? — Вообще эльф был неплохим, а потому хотелось порадовать его перед смертью.

— Нет! Я вообще не об этом!

— Ногу?..