Таня Гроттер и Исчезающий Этаж

Нам нужна книга, в которой можно узнать про этот знак, – добавила Таня, протягивая джинну шип."

"Абдулла брезгливо взял шип двумя пальцами, повертел и стал разглядывать знак. Его брови поползли на лоб, тесня бородавки.

– Откуда это у вас? – спросил джинн.

– Н… нашли, – сказала Таня, сама толком не зная, что заставило ее соврать.

Джинн недоверчиво посмотрел на нее:

– Нашли? Такие вещи просто так не находят. Разве что… – тут Абдулла многозначительно подмигнул, – в каком-то очень древнем и забытом коридоре… Не так ли?

– Э-э… Ну да… Именно там…

Джинн осклабился.

– Современные маги давно забыли, что такое по-настоящему сильные заклятия, – проскрипел он. – Они боятся, они трусят вызывать действительно могучих духов. Таким духам надо платить за их услуги… Платить дорого… Очень дорого…

Абдулла пригорюнился. Он рухнул на конторку и закрыл пухлыми ладонями лицо. На него нахлынули воспоминания.

– Все испортили эти слюнтяи, белые маги… – зашипел он с негодованием.

– А что это за знак? Что он значит? – спросила Таня.

Абдулла отнял руки от лица и выпрямился во весь свой немалый рост. Все семь бородавок на его лице победоносно зажглись.

– Это призывное клеймо, – сказал он. – Когда-то черные маги с удовольствием его применяли. Вот смотрите, здесь желобок, по которому на клеймо поступает кровь. Кровь должна быть всегда свежей. Самая слабая – у лопухоидов. Самая сильная – у гарпий, единорогов и драконов. Вонзаешь этот шип в жертву – и ждешь. Иногда приходится ждать долго, очень долго. Все зависит от силы крови и еще от многих причин.

Баб-Ягун незаметно толкнул Таню ногой.

– А кого призывали этим клеймом? Какого именно духа? – спросил он.

Абдулла в досаде вскинул руки:

– О наивнейший! Как же ты не понимаешь! Дух мог быть любым. В зависимости оттого, кого нужно вызвать. А теперь прочь отсюда! Берите свой шип и брысь! У меня нет времени разговаривать с такими глупцами! Я хочу дописать свою «Поэму тысячи проклятий»…

Ребята уже направились к выходу, когда Абдулла вновь окликнул их.

– Хе-хе! Не давайте шипу ржаветь! Запомните, он любит свежую кровь! – с заговорщицким видом произнес он.