Таня Гроттер и Исчезающий Этаж

Вот только с каким? Что она хотела этим сказать?

– А как защититься от роковой порчи? – спросила Таня.

– Вот это, Гроттер, мы будем проходить через несколько занятий. Но на всякий случай запомните: верный признак роковой порчи – дикая резь в животе. Ваши внутренности словно скручивает в тугой узел, – добавила Зубодериха.

Неожиданно Дуся Пупсикова громко ойкнула и схватилась за живот.

– Как у меня! Мне больно! У меня резь! – пожаловалась она.

– Ты хочешь сказать, что на тебя наложили роковую порчу? – нахмурилась Зубодериха.

– Это не шутка… Я, кажется, свое кольцо склевала, когда была курицей… И теперь у меня резь. Что мне делать? – простонала Дуся.

Глава 8

Самый яростный дракон

Перед вечерней тренировкой Таня разыскала Ваньку Валялкина. Она нашла его в кабинете у Тарараха, самого лучшего (а некоторые злопыхатели добавляли: «и единственного») в мире преподавателя ветеринарной магии.

Тарарах и Ванька Валялкин занимались делом далеко не самым приятным: вытаскивали занозу из ноги у сатира.

Наконец заноза была извлечена и нога обработана. Сатир, прихрамывая, удалился, вместо благодарности сильно боднув рогами дверь.

– Ну и фрукт попался! Слабонервный. Чуть все тут не разнес. Только за занозу берешься, сразу лягаться начинает, – сказал Ванька.

– Разве ветеринарная магия занимается сатирами? – спросила Таня.

Тарарах почесал ручищей мохнатую грудь.

– А шут его знает, занимается или нет. Тут сложный вопрос. Он, конечно, разумный, но все-таки, если разобраться, козел, – произнес он.

– Точно! Тут как дело было: сатир вначале к Ягге пошел в магпункт, а она ему говорит: если бы у тебя заноза в руке была, я бы вытащила.

Тарарах польщенно хмыкнул. Он и правда был такой широкоплечий, что казалось, в ширину он больше, чем в длину.