Таня Гроттер и Исчезающий Этаж

Мигающая майка, отпугивающая драконов. Ветровые очки с определителем расстояния. Противоожоговый крем. Зеркальце, чтобы пускать в глаза драконам солнечных зайчиков… Взрывающиеся конфетки… Резиновый клей для штанов…

– Что-что? – удивленно переспросила Таня.

– Ну, это… Штаны сзади обмазываешь, чтоб с пылесоса не свалиться на крутых поворотах. Приклеиваешься просто капитально. Очень полезное изобретение. Руки свободны для мяча, – серьезно пояснил Баб-Ягун. – Правда, есть один минус.

– Какой?

– Штаны потом от пылесоса не отклеиваются.

– Веер? – осторожно предположила Таня.

Баб-Ягун взглянул на нее с легким презрением:

– Веер? Эх ты, бабуся твоя мамочка! Это же щекотатель! Ты начинаешь щекотать им желудок дракона, и он тебя выплевывает. Здорово, правда?

– Здорово. Всегда мечтала, чтобы меня проглотили, а потом выплюнули, – буркнула Таня, размышляя, брать ей с собой контрабас или не стоит.

Тащить его по коридорам не особенно хотелось, тем более что внутри стен Тибидохса все полетные заклинания блокировались.

В конце концов контрабас Таня решила не брать. Едва ли они будут летать на первом же занятии, да еще и в сумерках. Скорее всего, Соловей хочет просто посмотреть, в каком состоянии команда вернулась из мира лопухоидов.

Команда Тибидохса собиралась на игровом поле у драконьих ангаров.

Соловей О. Разбойник был маленький, широкоскулый и одноглазый. Его левая нога при ходьбе не сгибалась в колене, а нос был приплюснут. Шептались, что эти боевые отметины оставлены Ильей Муромцем. Недаром же у лопухоидов есть на этот счет соответствующая былина. Однако расспрашивать никто не решался. Черный маг и тренер по магическому пилотажу был не из тех, с кем хочется просто так потрепаться.

Вот и теперь он хмуро оглядел всех ребят и велел тем, у кого были с собой инструменты, сделать круг над полем. Другая половина, у которой инструменты остались в школе, ждала внизу. Когда все снова собрались вокруг него, Соловей сплюнул себе под ноги и сказал:

– Хуже не бывает. Старая ведьма, летящая в магазин за кефиром, держится в воздухе и то лучше. А весной начинается чемпионат. Вы понимаете, что это значит?

– Понимаем, – обиженно сказал Баб-Ягун.