Связанные кровью

Лука сделал шаг в мою сторону, но Ария встала у него на пути и предупреждающе ударила его в грудь.

— Прекрати, Господи.

Он опустил на нее взгляд.

— Кто-то должен выбить дерьмо из его головы.

— И кто-то должен выбить наглость из твоей заносчивой задницы Капо, — сказал я.

Лука холодно улыбнулся.

— По крайней мере, я признаю свои обязательства и не бегу от них.

— Лука! — крикнула Ария.

Глаза Джианны расширились, на ее лице вспыхнуло чувство вины.

Чтоб его. Пошатываясь, я направился к нему.

— Заткнись нахуй.

Я толкнул его через плечо Арии.

Она бросила на меня возмущенный взгляд.

— Прекрати.

Я посмотрел брату в глаза.

— Не изображай из себя высокомерного и могущественного, Лука. У тебя была изрядная доля неудач. Я, по крайней мере, никогда не изменял своей жене.

В глазах Луки вспыхнула ярость. Ох, я задел его. Он оттолкнул Арию в сторону, и схватил меня за горло, но я предвидел это движение и врезал локтем ему в горло. Он закашлялся, но не отпустил меня. Я еще раз ударил его локтем под подбородок и вырвался из его хватки, брызгая слюной.

А потом мы снова вцепились друг другу в глотки. Руки сжались вокруг меня, а затем раздался пронзительный крик. Мы с Лукой замерли. Лука дернулся назад, его глаза изучали пол, и он упал на колени рядом с Арией, которая лежала на спине, держась за запястье, и гримасничала.

— Любимая, мне чертовски жаль. Ты ранена?

Мои собственные глаза искали Джианну, которая держала руку на животе, стоя в нескольких шагах позади.

— Ты чуть не ударил меня в живот, — сердито сказала она.

— Блядь. Прости, — прохрипел я, подходя к ней и обнимая за талию. — Ты в порядке?

Она кивнула, и ее глаза переместились на сестру. Лука мягко двигал руку Арии вверх и вниз, выглядя чертовски виноватым, и я почувствовал себя самым большим мудаком в мире за то, что позволил этому зайти так далеко, за то, что хотел позволить этому зайти так далеко. Я хотел с кем-то подраться, хотел бить и причинять боль, а Лука мог нанести ответный удар, как никто другой.

— Я в порядке, — твердо сказала Ария. — Не сломано, только повреждено.

Лука поцеловал ее запястье, потом ладонь, потом наклонился и поцеловал в губы. Черт, мой брат был одним из самых сумасшедших, жестоких придурков, которых мне посчастливилось знать, и все же он сделал свой брак удачным и был чертовски отличным отцом.

А я? Я не мог позаботиться даже об одном ребенке.

Джианна легонько подтолкнула меня локтем.