Связанные кровью

Лука подошел ко мне, и мы вместе направились к камере Маттео.

— Удивлен, что ты не пустил в ход нож, — сказал Лука убийственным шепотом.

Маттео усмехнулся.

— Я могу быть благоразумным.

Я фыркнула.

— На самом деле он пустил.

Лука скосил на меня глаза.

— Где он?

— В трусиках, — ответила я.

Лука покачал головой, затем прищурился на брата, который наблюдал за мной с хищной ухмылкой. Если он думает, что я позволю ему приблизиться к моим трусикам в ближайшем будущем, то очень скоро разочаруется.

— Когда-нибудь я перестану тебя выручать, — пробормотал Лука.

— Эй, — прошипела я. — Я не виновата, что эти придурки прикоснулись к моей заднице.

Будто это все объясняло, Лука кивнул Маттео. Конечно, он поймет доводы Маттео. Лука отрубил бы парню руки прямо на танцполе, если бы этот идиот дотронулся до задницы Арии. Ревнивые мафиози были хуже всех.

* * *По дороге домой я не сказала Маттео ни слова. Как только мы вошли в квартиру, Маттео протянул руку ладонью вверх.

— Можешь вернуть мне мой нож.

— Могу, но не стану, — сердито сказала я и попыталась уйти, но Маттео схватил меня за запястье и потянул назад.

Затем прижал меня спиной к стене, обхватив обеими руками мою голову, и хищный взгляд его темных глаз проник прямо в меня. Я не могла поверить, что это делает меня мокрой. Черт. Я не хотела быть возбужденной жестокостью Маттео, его темной стороной, но была.

— Я мог бы просто забрать его, — сказал он опасно сексуальным протяжным голосом.

— Я не давала тебе разрешения лезть ко мне в трусики.

Маттео наклонился, провел носом по моему уху и зарычал.

— Ты моя жена, Миссис Витиелло. Это дает мне право лезть руками куда я захочу.

Он прижал ладонь к моему обнаженному животу, и моя кожа покрылась мурашками, а сердце напряглось.

Я укусила его за мочку уха.

— Нет, не даёт.

Маттео отступил назад. Он обхватил мой затылок и коснулся губами моих губ, затем скользнул языком внутрь, и я почти застонала ему в рот.

— Блядь, тебя что, зашили в эти чертовы джинсы?

Я рассмеялась, не в силах сдержаться. Маттео опустил другую руку и расстегнул пуговицу на моих джинсах.

— Маттео, — предупредила я.

Он встретился со мной взглядом и медленно опустил руку ниже.

— У тебя есть то, что я хочу, — сказал он.

О черт. Мои трусики промокли насквозь, глупый ублюдок.