Сваха для дракона

Марна отшатнулась, прижимая руки к груди – следом из горла Лоркана вырвался драконий рев, от которого задрожали стены, а мальчишки-гвардейцы присели.

– Не выйдет, – прорычал князь, не понятного на кого гневаясь, – границы зачарованы.

– Что ты имеешь ввиду? – я подалась вперед, через стол, вновь сбиваясь с вежливого обращения и проглатывая традиционное “моя князь”. Отныне и навсегда, мы были равны с Лорканом, ведь на моем лбу сверкал золотой венец – символ моего положения, который возложила моя мама, заручившись согласием отца и ознаменовав мое возвращение.

– Одхан видел везде врагов. Утверждал, что множество людей и драконов, дальних родственников хотят лишить меня моего княжества. Он зачаровал границы! С моего дозволения! Я думал, что таким образом усмирю его подозрения, а в итоге…

Лоркан махнул рукой, не договаривая, но и так стало понятно.

– Но мы же поднимаемся на крыло, – робко возразил один из гвардейцев, от собственной наглости заливаясь краской от лба до шеи, – на каждой тренировке!

Замечание было здравое, но князь отмахнулся, проворчал:

– Никаких проблем внутри, только снаружи.

На какое-то время все присутствующие погрузились в тяжкие раздумья, но никаких более-менее ценных идей в голову не приходило.

“Как же было здорово в Лигоде” – с тоской подумала я. “Хотя бы на несколько часов забыть о том, что происходит вокруг”. Огюст, наверняка, ждет письма из Аралиона, чтобы направить Княжеский Цирк на гастроли, но послания не дождется. Уверена, известия о гибели князя Лоркана уже достигли его ушей, объявил ли он траур по безвременно почившему брату?

И словно свеча вспыхнула у меня в мыслях, когда сумасшедшая, рискованная идея возникла сама по себе.

– Друзья, – голос мой дрожал от нетерпения и страха, но надежда уже забрезжила на горизонте, и я не собиралась так просто ее отпускать, – у меня есть идея.

Несколько напряженных взглядов уставились на меня, пригвождая к месту. Оставалось только надеяться, что ни Лоркан, ни остальные не посчитают, что я тронулась умом.