Сваха для дракона

– Как ты? – помолчав, спросила я, глядя на то, как она плещется рядом с берегом, поливает плечи прохладной водой. Над рекой собирался туман, и я с трудом сдержала нервическую дрожь. Травмирующие воспоминания не давали покоя. Замерев посреди реки, Марна оглянулась на меня. Взгляд темный, не выражающий никаких чувств, но те ярко полыхали в ее груди, пускай она и старалась их скрыть за семью печатями.

– Как думаешь, у нас есть будущее?

Я помолчала, не сразу решаясь ответить. Сказать правду или внушить ложную надежду?

– Только если вы дадите этому будущему шанс.

Марна встряхнула мокрыми волосами, выходя на берег:

– О чем ты?

Вздохнув, я огляделась. По камышам прыгали всполохи от разожженного костра, за спиной звучали тихие голоса. Я отчетливо различала мягкие интонации Лоркана, и сердце сладко замирало на мгновение, прежде чем откликнуться болью, как будто тонкая игла пронзала уязвимое нутро раз за разом.

– Мы обожаем все усложнять, замечала? Думать за других, гадать, что они подумают, если ты поступишь так или иначе.

Я говорила спокойно, почти равнодушно, как будто знала, что в простых словах заключена истина. А сама себе ни на грамм не верила.

– Ты когда-нибудь думала вернуться? – уже почти одетая, Марна ласково коснулась моего плеча, как будто знала, какая тоска обуревала меня с того момента, как я увидела золотистые пески своей родины вдалеке. Но ответ ее удивил – голубые глаза распахнулись, брови скрылись под неровной линией челки.

– Нет. Хотела бы я вернуться? Определенно. Сделала бы это? Исключено.

Марна порывисто набрала воздуха в грудь, как будто хотела еще что-то спросить. Взгляд боязливо метнулся вверх – к лагерю, скрытому за камышами, но раздавшийся оттуда голос Снорре спугнул ее. Она прикусила губу, торопливо затягивая шнурки на сухом платье, одном из моих. Собственными Марна обзавестись еще не успела, но я пообещала себе, что как только вернемся в Аралион, соберу ей целый гардероб.

Чуть позже, лежа в палатке и прислушиваясь к размеренному дыханию Марны под боком, я думала о том, что пропала. Признаться в собственных чувствах было сложнее, чем принять чужие, ведь лучшая Сваха княжества, влюбившаяся в клиента, не заслуживает своего звания.

Задремала я только когда узкая полоса рыжего света просочилась через ткань палатки.