Страсти ниже плинтуса

 — С чего ты взял?

— Ну как же! — программист набрал в грудь воздуха и с выражением продекламировал:

Маленькая рыбка,Жареный карась,Где ж ваша улыбка,Что цвела вчерась?Дорогая рыба,Жареный карась,Вы бы жить могли бы,Если бы не страсть!Помню вас ребенком,Хохотали вы,Хохотали звонкоНад волной Невы…По-моему, очень прикольный стишок! Так вы что — правда меня проверяли?

— Проверял, — мрачно проговорил шеф и добавил вполголоса:

— Ах она, зараза, все-таки перехитрила нас! Подсунула вместо списка какой-то бред!

— Почему бред? — программист пожал плечами.

…Едва закрылась дверь за представителями доблестной милиции, как Кирилл подошел к матери и спросил, сжимая кулаки:

— Ну и зачем ты это сделала?

— Что? — холодно отозвалась Вера Анатольевна. — Что я такого сделала?

— Зачем ты наговорила гадостей про Татьяну? Ты же знаешь, что это неправда!

— Что неправда? — прищурилась Вера Анатольевна, так что Кирилл даже отшатнулся, он никогда не замечал у матери такого злобного выражения лица.

— Прекрати переспрашивать, как попугай! — закричал он.

— Не ори, — коротко приказала мать, — соседи услышат. Мало нам вчерашнего скандала! Вон уже милиция интересуется…

— Милиция интересуется, потому что Таня погибла! — Сын не обратил никакого внимания на ее слова и продолжал на повышенных тонах: — Это трагическая случайность, а ты представила ее чуть ли не шлюхой!

«Она такая и есть», — хотела было сказать Вера Анатольевна по инерции, так как уже давно привыкла думать и говорить о невестке только плохое, но вовремя опомнилась, потому что Кирюша смотрел на нее с ненавистью и подступал ближе, сжимая кулаки.

— Если бы мы вчера не выгнали ее из дома, она бы не погибла! — упрямо твердил сын, и Вера Анатольевна поняла, что он, как всегда, ищет виноватого, ищет, на кого переложить собственное прегрешение, ему хочется избавиться от тяжкого груза вины.

Что ж, ради сына она готова принять на себя этот груз. Хотя… если бы он в свое время послушался бы ее и не привел в дом эту девицу сомнительного поведения… Снова Вера Анатольевна опомнилась и мысленно прикусила язычок. Но ее сын, этот глупый мальчишка, никак не хотел остановиться.

— Ты всегда ее ненавидела! — Он даже топнул ногой от злости.