Строптивая в Академии. Теория истинной любви

Все внимание досталось тигру парня с кафедры Природников и, конечно, дракону Адэйра. Среди первокурсников он единственный, у кого был сателлит-дракон. Должна признать, он выглядел величественно и мощно, тут было от чего уронить челюсть на пол.

Дракон у Адэйра был серым. Не самый яркий цвет, но даже это не умаляло его красоты. Любуясь чешуйчатым сателлитом, я невольно подумала — а как выглядит черный дракон Вэйда? Наверняка он смотрится внушительнее. Готова поспорить, при его виде коленки подгибаются не только у женской половины Академии.

— Если продолжишь фантазировать о чужом сателлите, я страшно обижусь, — буркнула Кати.

Я вздрогнула. Ничего я не фантазировала! Это чисто научный интерес. Не так уж много драконов я видела. Но в чем-то Кати была права. Вот же передо мной реальный дракон, любуйся, а я почему-то опять думаю о Даморри. Это какое-то наваждение.

С теории госпожа Эрей быстро перешла на практику. По одному она вызывала студентов к доске, и те демонстрировали силу своих сателлитов.

Один лишь Адэйр выделился. Хотя чего еще ждать от знати? Он не мог не покрасоваться силой своего дракона. В результате нас прилично тряхнуло, словно мы угодили в эпицентр землетрясения. Аж штукатурка посыпалась с потолка.

— Спасибо, достаточно, — торопливо остановила демонстрацию госпожа Эрей. — Садитесь на место, студент Адэйр.

Пока он шел между рядами, все, включая преподавательницу, вытряхивали побелку из волос.

— Как вы могли заметить, сила магического спутника напрямую связана с его размерами. Поэтому драконы считаются высшими сателлитами. Им нет равных.

Адэйр, хмыкнув, приосанился, а я закатила глаза. Теперь понятно, откуда завышенная самооценка. Обладателям драконов с детства внушают, что они особенные, уникальные и избранные. Госпожа Эрей и та смотрит на Адэйра с обожанием. Неудивительно, что к восемнадцати годам такие, как он, свято верят в свою исключительность.

Урок продолжился. Неумолимо приближалось время, когда придет мой черед выйти вперед и продемонстрировать способности Кати. Нервничая, я кусала губы и едва могла усидеть на месте. Будь моя воля, сбежала бы. Осыпающаяся штукатурка — ерунда. Я всерьез опасалась, что Кати устроит что похуже.

— Пообещай, что будешь осторожна, — шепнула я. — Не используй полную силу.

— Не переживай, — ответила Кати.