Стоять, бояться, раздеваться!

Не сестры.

– Ключи где? Зубы заговаривать мужу будешь.

– А ты не только усох, но ещё и озверел, – поцокала языком Лиана. – Нормально так жизнь тебя приложила!

Отставив турку, она быстро метнулась в коридор и принесла свою сумочку... Вернее то, что называлось сумочкой, а в реальной жизни больше походило на саквояж барахольщика. С безухим зайцем, подгузниками, большой пачкой презервативов, половинкой недоеденного банана в кармашке для телефона и прочей крайне необходимой женско-материнской мелочью.

– Держи свое богатство.

– И стоило замуж выходить, если по каждой ерунде звонишь мне?..

Полностью игнорируя слова сестры, Руслан забрал имущество и от греха подальше положил на верхний шкафчик.

– Слышишь, ты, дерево усохшее, уж кого-кого, а меня жизни учить не нужно. Семь лет брака душа в душу. – Лиана постучала кулаком по груди.

После слова «полет» весёлые интонации в голосе сестры сменились тревожными и взгляд стал напоминать рентгеновский аппарат.

– Работы много, – отмахнулся Руслан.

– А родители про какую-то мамзель рассказывали. Якобы на даче вас, как подростков, застукали. – Зеленые, как у матери, глаза сузились в щелочки. – Я поначалу даже не поверила. Чтобы ты кого-то в свою пещеру одинокого медведя впустил... А сейчас вижу – да, была дамочка.

– Лиан, не начинай!

Желания выслушивать нравоучения у Руслана не было совсем. Ни сегодня, ни завтра – никогда. Потому, бросив сестру в одиночестве, он вернулся в спальню и принялся одеваться.

– Рус, а она и правда красивая, как с картинки?

Бульдозер по имени Лиана невозможно было остановить ни закрытой дверью, ни голым задом. Не дав Руслану и минуты, она двинулась следом, только глаза закрыла.

– Это тебе мать напела или отец выдал? – Он уже и не помнил, когда одевался так быстро.

– Они оба о ней так отзывались, словно твоя дамочка – королева красоты. Да ещё и умная в придачу! Я, честно говоря, пальцем у виска покрутила. С твоим анамнезом... – Сестра фыркнула.

– Вот и не верь дальше, – огрызнулся Руслан.

– Поздно. Уж больно рожа у тебя «счастливая» и бока усохли.

– Дались тебе мои бока...

– М-да... – послышался вздох. – Я так понимаю, ты умудрился влюбиться и тут же просрать свою ненаглядную.