Солнце полуночи

Я перечислил только самые серьезные повреждения:"

"– Сломана нога и четыре ребра, несколько трещин в черепе, порезы и ссадины по всему телу и серьезная кровопотеря. Тебе несколько раз переливали кровь. Мне не понравилось: на какое-то время твой запах стал чужим.

Она улыбнулась и тут же поморщилась.

– Немного разнообразия тебе не повредит.

– Нет, мне нравится твой запах.

Она внимательно, испытующе вгляделась мне в глаза и после длинной паузы спросила:

– Как это у тебя получилось?

Я не понимал, почему поднимать эту тему настолько неприятно.

Больше я не мог выдержать ее взгляд. Перевел глаза на ее руку, осторожно взял ее. От нее в обе стороны отходили провода.

– Сам не знаю, – прошептал я.

Она молчала, но я чувствовал, что она смотрит на меня, ожидая продолжения.

Еле слышно я добавил:

– Было невозможно… остановиться. Совершенно невозможно. Но я смог.

В этот момент я попытался улыбнуться ей, встретиться с ней взглядом.

– Должно быть, это любовь.

– Вкус у меня такой же приятный, как запах? – Она усмехнулась шутке и поморщилась от неприятных ощущений в скуле.

Я даже не пытался подстроиться к ее легкому тону. Улыбаться ей явно не стоило.

– Еще лучше, – честно, хотя и с оттенком горечи ответил я. – Гораздо лучше, чем мне представлялось.

– Прости.

Я закатил глаза.

– Не за то извиняешься.

Она изучила мое лицо и, кажется, не удовлетворилась результатами.

– А за что надо?

Ни за что, хотелось ответить мне, но я же видел, как она настроена извиниться, поэтому дал ей пищу для размышлений.

– За то, что чуть не покинула меня навсегда.

Она в задумчивости кивнула, принимая поправку.

– Прости.

Я гладил ее по руке и гадал, ощущает ли она мое прикосновение через многослойную повязку.

– Я понимаю, почему ты так поступила.

В таком решении она не видела смысла.

– Ты бы меня не отпустил.

– Да, – сквозь зубы согласился я. – Не отпустил бы.

Взгляд ее ненадолго стал далеким, сердце заколотилось. Она передернулась и зашипела от боли, вызванной этим движением.

– Что такое, Белла?

Ее вопрос был жалобным:

– Что стало с Джеймсом?

По крайней мере, на этот раз мне было чем ее успокоить.